Яна Валерьевна Лантратова. Фото в интервью: Даниил Величко.
На вопросы журнала «Национальная оборона» отвечает председатель Комитета Государственной Думы по развитию гражданского общества, вопросам общественных и религиозных объединений Я.В. Лантратова.
Интервью: Игорь Коротченко
— Яна Валерьевна, у Вас биография человека, который пришел в политику не случайно. Что для Вас было главным мотивом?
— Для меня политика никогда не была историей про должность. Она всегда была про защиту людей. Наверное, это идет от семьи и жизненного опыта. Я родилась в Ленинграде, выросла в семье, где хорошо понимали, что такое служение. Отец – офицер, мама – врач. Потом была учеба, работа в общественной сфере, правозащитная деятельность. И постепенно пришло очень ясное понимание: если хочешь не просто сочувствовать, а менять ситуацию, нужно идти туда, где принимаются решения. Поэтому и в Государственной Думе для меня главное – конкретный результат.
— Сегодня Вы возглавляете Комитет Госдумы по развитию гражданского общества, вопросам общественных и религиозных объединений. И одновременно остаетесь человеком, который много работает «на земле». Как Вам удается совмещать масштаб и конкретику?
— На мой взгляд, хороший депутат как раз и должен соединять эти два уровня. С одной стороны, видеть всю систему: где не хватает закона, где буксует механизм, где нужно новое решение. С другой – постоянно быть рядом с людьми. Потому что настоящая политика начинается не в таблицах и не в кабинетах, а в человеческой судьбе. Именно поэтому для меня так важны личные встречи, обращения. За 2025 год через обращения рассмотрели 5351 вопрос граждан. Это и есть живая, а не кабинетная политика: когда ты слышишь, где система дает сбой, и дальше превращаешь чужую боль в запрос, поправку, закон, решение ведомства.
— Если говорить о цифрах, каким для Вас был последний год?
— Это был очень напряженный, но очень результативный год. Я выступила соавтором 567 законопроектов за VIII созыв. Только в 2025 году было внесено 206 законопроектов, а 17 законов были приняты и подписаны Президентом. Но за цифрами для меня всегда стоят смыслы.
Если говорить о ключевых инициативах, то я бы назвала несколько направлений. Это и защита исторической и духовной идентичности страны – в публичном пространстве эту тему часто называли борьбой с «крестопадом». Был принят федеральный конституционный закон, который закрепил наличие крестов на коронах и державе в описании Государственного герба России. Отдельно был принят закон о защите религиозных символов традиционных религий при воспроизведении изображений культовых зданий, геральдических знаков и других объектов. Это вопрос не только веры, но и культурного суверенитета страны.
Очень важны и инициативы социальной направленности: освобождение волонтеров в зоне СВО от госпошлины при восстановлении утраченных документов, право на дополнительный отпуск для ухода за пожилым родственником или инвалидом, отмена испытательного срока для женщин с ребенком до трех лет, предложение приравнять пасынков и падчериц участников СВО к родным детям по льготам и мерам поддержки.
Причем немало предложений по детской и молодежной теме рождается из общения с самими ребятами – на встречах, форумах, в молодежных парламентах, в письмах школьников и студентов. Например, ко мне обратились подростки-выпускники детских домов и интернатов из Челябинской области. Ребята рассказали, что после 18 лет их автоматически выписывают «в никуда». Они теряют регистрацию, не могут нормально устроиться на работу, получать пособия или встать в очередь на жилье. Некоторые вынуждены жить в подвалах, на чердаках или у случайных знакомых.
Мы сразу начали помогать в ручном режиме: встречались с ними, разбирали конкретные случаи, возвращали квартиры, отобранные мошенниками. На основе этих обращений и увиденных проблем мы разработали и внесли в Госдуму законопроект, который позволил совершеннолетним сиротам, еще не получившим жилье от государства, регистрироваться по адресу местной администрации того города, где они воспитывались. Госдума поддержала инициативу, закон был принят, и с января 2023 года ребята больше не оказываются в правовом вакууме.
— Мы особенно внимательно смотрим на тему поддержки участников СВО. Что здесь для Вас является главным?
— Главное – не допустить равнодушия к человеку, который защищал страну. И неважно, о чем идет речь: о лечении, отпуске, документах, выплатах, школе для ребенка или о возвращении бойца домой по причине тяжелой семейной ситуации.
Я работаю в группе по вопросам мобилизации, социальной и правовой защиты граждан РФ, принимающих участие в СВО. Она создана распоряжением нашего Президента. Для меня это не формальный статус, а постоянная практическая работа. Регулярно встречаюсь с семьями военных. С 2022 года поддержку получили 6894 человека из 46 регионов. По итогам этих встреч мы разработали больше полусотни инициатив. Часть из них передали Президенту Владимиру Путину, и они уже стали законами.
Если говорить конкретно, мы добивались, чтобы бойцу после минно-взрывного ранения и ампутации стопы исправили документы и оформили основание «военная травма», чтобы он получил все положенные меры поддержки. Помогали ребенку участника СВО, семья которого уехала из-под обстрелов, получить место в школе. Восстанавливали право раненого военнослужащего на отпуск. Добивались увольнения в запас мобилизованного бойца, когда у супруги критически ухудшилось здоровье и на руках было четверо детей. Помогали отправить в отставку военнослужащего после инсульта, когда командование затянуло исполнение решения военно-врачебной комиссии. Помогали бойцу вернуться домой для ухода за матерью-инвалидом. Добивались выдачи удостоверения ветерана боевых действий, когда его месяцами не выдавал военкомат, хотя документ уже был готов.
— В Ваших социальных сетях много именно таких человеческих историй. Почему Вы считаете это важным подчеркивать?
— Потому что за каждым обращением – чья-то боль. Ключевая черта политика – это гуманизм, любовь к людям. Без этого в политике вообще делать нечего. Если человек тебе не дорог, ты никогда не пройдешь вместе с ним тяжелый путь до результата.
Я всегда стараюсь выстроить коммуникацию так, чтобы человек сначала спокойно высказал все, что у него накопилось. Людям очень важно не только решение – им важно почувствовать, что их действительно слышат, что к их беде относятся всерьез и что кто-то готов за них бороться. И очень часто именно это становится для человека первой опорой. Я убеждена, что власть должна стремиться именно к этому – слышать, уважать, защищать. В этом и есть ее смысл.
— Насколько у Вас большая работа с обращениями граждан в целом?
— Очень большая. Это ежедневный пласт работы, который со стороны часто не виден. За 2025 год направлено 2853 запроса, дано 1630 разъяснений, составлено 765 процессуальных документов. И это не только военная тема. Люди приходят с вопросами ЖКХ, образования, здравоохранения, социальной защиты, правоохранительной сферы. Но отдельно подчеркну: 2197 обращений – это участники СВО и члены их семей. То есть почти половина всей этой работы связана именно с защитниками Отечества и их близкими. И я очень благодарна своей команде – без ежедневной, внимательной, часто незаметной работы помощников довести такой объем вопросов до решения было бы невозможно.
— Какие истории из обычной гражданской жизни Вам особенно запомнились?
— Таких историй много, потому что для человека не бывает «мелкой» беды. В одном случае удалось восстановить выплату алиментов и погасить задолженность более чем на 259 тысяч рублей. В другом – помочь многодетной матери добиться ежемесячного пособия с выплатой за предыдущий период. Были истории с перерасчетом пенсий: например, жительнице Челябинской области увеличили пенсию на 8 тысяч рублей в месяц и выплатили недополученное. В другом случае через суд удалось обязать Социальный фонд пересчитать пенсию и выплатить человеку недополученные средства за 3,5 года. Помогли взыскать более 300 тысяч рублей с управляющей компании за протекавшую крышу. Добились расселения аварийного дома. Помогали провести газ в дома людей, которые были фактически лишены этой возможности из-за проблем с документами. Это разные темы, но смысл один: человек не должен оставаться один на один с бюрократией и бездействием.
— У многих депутатов законотворчество и работа с обращениями существуют как будто отдельно. У Вас это связано?
— Абсолютно связано. Именно обращения часто подсказывают, где нужен новый закон. Когда мы видим, как тяжело семьям совмещать работу и уход за пожилыми родственниками или инвалидами, появляется инициатива о дополнительном отпуске до 14 дней. Когда понимаем, что женщинам с маленькими детьми нужна дополнительная защита на рынке труда, рождается предложение отменить испытательный срок для женщин с ребенком до трех лет. Когда видим, с чем сталкиваются волонтеры в зоне СВО, вносим инициативу об освобождении их от госпошлины за восстановление документов. То есть закон для меня – это не абстракция и не политический жест. Это ответ на то, что люди приносят на прием, о чем пишут в обращениях, что проживают в реальной жизни.
— Какие принятые решения Вы считаете особенно важными?
— Я бы выделила решения, которые имеют не точечное, а мировоззренческое и системное значение. Во-первых, это закон о Государственном гербе России, который закрепил в его официальном описании кресты над коронами и державой. Это решение про историческую правду, про уважение к нашей государственной традиции, про недопустимость выхолащивания символов, на которых держится культурный код страны.
Во-вторых, это закон о защите религиозных символов традиционных религий. Он запрещает искажение или отсутствие религиозной символики на изображениях культовых зданий, геральдических знаков и их узнаваемых частей.
И в-третьих, я бы назвала решения, связанные с расширением перечня видов деятельности социально ориентированных НКО. В него включены социальная реабилитация, психологическая помощь, трудовая адаптация и профессиональная переподготовка ветеранов боевых действий, а также психологическая помощь их семьям. Это очень важно, потому что рядом с государством должны работать сильные общественные институты, которые умеют помогать адресно и по-человечески.
— В Вашей работе много внимания уделено детям, молодежи и защите от деструктивного контента. Почему Вы считаете эту тему стратегической?
— Потому что сегодня борьба идет не только на линии фронта. Она идет за сознание ребенка, подростка, молодого человека. И если мы это недооценим, цена ошибки будет очень высокой.
Проблема в том, что государство долгое время реагировало на такие угрозы фрагментарно. У нас до сих пор нет четкого определения, что такое деструктивная информация и каковы ее виды. А без этого сложно выстроить цельную систему защиты. При этом угрозы уже огромны.
В 2025 году Роскомнадзор заблокировал более 1,1 млн страниц и материалов. Детская порнография – свыше 155 тысяч. Наркотический контент – более 229 тысяч. Суицидальный – свыше 32 тысяч. Вовлечение несовершеннолетних в преступления – более 53 тысяч. Иностранные платформы, игнорирующие российские законы, оштрафованы на десятки миллионов. Следственный комитет, в свою очередь, сообщал, что в 2024 году расследовали более 21 тыс. преступлений, совершенных в отношении несовершеннолетних, а отдельно указывал, что через мессенджеры детей вовлекают в наркоторговлю и диверсии.
Вот почему я считаю тему детской безопасности вопросом национальной безопасности. Именно поэтому в рамках комиссии Госсовета по направлению «Семья» я возглавляю рабочую группу по обеспечению детской безопасности и противодействию деструктивным идеологиям в детской и молодежной среде. В 2025 году мы провели гражданский форум «Диалог во имя защиты: как уберечь детей от деструктивного влияния», круглые столы о деструктивном контенте в кино, об игрушках как канале скрытой пропаганды, об интернете, мессенджерах и играх как поле информационной войны против детей. И это не борьба с прогрессом. Это борьба за то, чтобы технологии служили развитию ребенка, а не его разрушению.
— Для аудитории нашего журнала важна связка «армия – общество – тыл». Как Вы ее понимаете?
— Я убеждена, что сильная армия невозможна без сильного общества. А сильное общество – это когда в стране уважают бойца, поддерживают его семью, помогают ветерану вернуться к мирной жизни, защищают детей, сохраняют культурную и духовную опору, ценят труд тех, кто обеспечивает оборону в тылу. Именно поэтому в моей повестке рядом стоят темы СВО, семьи, молодежи, НКО, духовно-нравственных ценностей, образования и работников оборонно-промышленного комплекса. Например, среди инициатив есть предложение о федеральном статусе «Ветеран труда» для работников ОПК. И это тоже про оборону страны: победа куется не только на передовой.
— Вы много ездите в регионы и на новые территории. Насколько это важно для понимания реальной обстановки?
— Это принципиально важно. Нельзя принимать решения, не видя жизнь своими глазами. Когда ты приезжаешь в регион, разговариваешь с людьми, заходишь в школу, детский сад, больницу, встречаешься с семьями бойцов – ты видишь не отчет, а реальность. И после этого совсем иначе понимаешь, что нужно делать в первую очередь.
Иногда именно такие поездки дают самые человеческие истории. Например, в Коркино на одной из встреч жители подняли, казалось бы, локальный вопрос – состояние подъездных путей к детскому саду №18. Но за этим стояла повседневная жизнь детей и родителей: безопасность, возможность нормально добраться, ощущение элементарной заботы со стороны власти. В результате муниципалитет получил средства из областного бюджета на ремонт дороги к детскому саду, а благодаря поддержке бизнеса начался и ремонт уличной площадки. Вот из таких вещей и складывается доверие к государству. Точно так же мы занимались ремонтом аварийного спортзала школы №10 в Коркино, развитием медицинских объектов, вопросами доступности помощи ветеранам и семьям участников СВО.
— Что для Вас значили поездки в ЛНР и ДНР?
— Это были очень важные поездки – и рабочие, и человеческие. В Луганской Народной Республике я встречалась с общественниками, духовенством, активистами, молодежью, ветеранами СВО, посещала военный клинический госпиталь. Позже помогла организовать молодежный патриотический форум «Земля героев». В Донецкой Народной Республике были встречи с общественной палатой, молодежным парламентом, уполномоченным по правам человека, поездки в медицинские учреждения, проверка восстановления социальных объектов.
В праздник День учителя передали школе №7 в Ясиноватой 1,5 млн рублей на строительство спортивной площадки. Благодаря Челябинской области и губернатору Алексею Текслеру там уже отремонтировали крышу, окна, оборудовали столовую, актовый зал, медкабинет и музей. Но очень не хватало хорошей спортплощадки. Я задалась целью найти средства. Откликнулся бизнес. Спасибо «Русской медной компании» и лично Игорю Алтушкину, что помогли воплотить мечту ребят в жизнь.
А еще, вместе с губернатором направили в ЛНР 25 тонн керамической плитки для ремонта Свято-Вознесенского мужского монастыря. С 2014 года он находился на границе фронта, туда постоянно наведывались украинские нацбатальоны, велись обстрелы. Святыня чудом выстояла. Мы узнали, какая помощь нужна, и закупили плитку для внутренней отделки нескольких объектов, в том числе купели.
Но самое важное там – видеть, как, несмотря на пережитое, налаживается жизнь. Возвращается повседневность: восстанавливаются детские сады, школы, больницы, дороги, стартуют молодежные и образовательные проекты. Люди начинают снова думать не только о выживании, но о будущем. Это и есть главный признак воссоединения – когда территория перестает быть линией беды и снова становится пространством жизни.
— При этом у Вас есть и международная парламентская работа. Это тоже часть общей задачи?
— Конечно. Международная работа сегодня – это не только дипломатия, но и защита национальных интересов России. И здесь для меня важным направлением является Южная Осетия. Я вхожу в Комиссию по сотрудничеству между Государственной Думой и Парламентом Республики Южная Осетия и руковожу группой дружбы между парламентами России и Южной Осетии. В этом качестве я участвовала в межпарламентской комиссии, встречах с официальной делегацией парламента Южной Осетии, в мероприятиях, посвященных ее государственному развитию. Кроме того, в составе парламентской делегации под руководством Вячеслава Володина посещала Китай, участвовала в межпарламентских форматах СНГ. В том числе в мероприятиях по линии Казахстана. Так как состою в рабочей группе по связям Госдумы с депутатами Мажилиса Парламента Республики Казахстан. Занимаюсь вопросами образования и молодежной политики.
— Как бы Вы сами сформулировали главный принцип своей работы?
— Не уходить от сложных тем и не бросать человека на полпути. Депутат не имеет права быть равнодушным. Если взялся за вопрос, его нужно довести до результата. Иногда это быстрый депутатский запрос. Иногда – месяцы переписки, работа с прокуратурой, министерствами, фондами, судами, региональными и муниципальными властями. Но только так и появляется доверие. Люди очень тонко чувствуют фальшь. Им не нужны красивые формулы. Им нужно понимать: есть человек, который действительно будет добиваться решения. И я стараюсь работать именно так.
— И последний вопрос. Что бы Вы хотели сказать читателям журнала «Национальная оборона»?
— Сегодня время требует от всех нас внутренней собранности и ответственности. Оборона страны – это не только армия. Это еще и крепкая семья, сильный тыл, уважение к ветеранам, забота о раненых, поддержка детей, защита молодежи, честная и чуткая работа власти. Когда каждый на своем месте делает дело по совести, страна становится сильнее. И моя задача как депутата – помогать этому каждый день: в законах, в конкретных решениях, в защите людей, которые доверили мне свое право быть услышанными.
