идёт загрузка...
Вооруженные Силы 
24 ноября 2020

Швеция: нейтралитет или членство в НАТО?

Стокгольм увеличивает военные расходы

ИгорьПшеничниковЭксперт Российского института стратегических исследований

В недавнем интервью Frank­furter Allgemeine Zeitung министр обороны Швеции Петер Хультквист, отвечая на вопрос «Не пора подумать о вступлении в Североатлантический альянс», сказал: «В нашей географической ситуации лучше всего не принадлежать ни к одному военному блоку. А вот кооперация с НАТО очень желательна. Мы тесно сотрудничаем с Финляндией, проводим совместные учения с силами НАТО, имеем договоренности о размещении войск и об учениях вместе с Соединенными Штатами. Наша главная задача – укрепление обороноспособности Швеции. С 2015 года мы вложили в это много денег и подняли уровень нашей обороноспособности на 40 процентов».

Швеция все еще называет себя нейтральной страной. В основе этого традиционного имиджа Швеции – ее нейтралитет в Первой и Второй мировых войнах. Хотя, говоря о шведском «нейтралитете» того времени, это слово надо брать в кавычки и напоминать о двойных стандартах Стокгольма, учитывая, что в период Второй мировой войны Швеция фактически вооружала гитлеровскую Германию – была крупнейшим поставщиком железной руды для заводов Круппа, предоставляла свою территорию для переброски немецких войск и вооружения в оккупированную Норвегию. Сегодняшний военный нейтралитет Швеции тоже весьма условный. Но даже и в таком условном виде он уже не одно десятилетие является предметом постоянных дебатов в шведском обществе, попеременно переходящих из латентной фазы к очередному обострению и обратно. Вопрос шведы ставят так: нужно ли королевству присоединяться к НАТО или остаться в статусе «нейтральной страны»?

Сегодня можно утверждать, что, не будучи де-юре членом Североатлантического альянса, Швеция давно связала себя теснейшими узами с этим блоком. Страна балансирует не в рамках дилеммы «быть или не быть членом НАТО», а между фактической неформальной  принадлежностью к НАТО и юридически обязывающим актом, который закрепил бы принадлежность Швеции к Альянсу. Страна стала удаляться от своего традиционного нейтрального статуса еще в конце 80-х годов прошлого века. Окончательно Швеция перестала де-факто быть нейтральной с военной точки зрения в 1995 г., когда вступила в Евросоюз.

Истребители JAS 39 «Грипен» – «визитная карточка» военно-промышленного комплекса Швеции.

Во-первых, потому, что ЕС – это не только политико-экономический союз, но и союз, имеющий собственную военную составляющую в виде Лиссабонского договора (2007 г.), который рассматривает возможности военного взаимодействия стран ЕС.

Во-вторых, ЕС имеет ряд совместных договоров с НАТО, и налицо связка Евросоюза и Североатлантического альянса, в которой НАТО рассматривается как военный гарант безопасности Евросоюза. Речь, в частности, идет о принятой в июне 2016 г. «Глобальной стратегии Евросоюза» (EUGS). В документе говорится, что эта «глобальная стратегия дает импульс Европейскому союзу в области безопасности и обороны в условиях взаимодополняемости с НАТО и всеми нашими партнерами». Там также отмечается «укрепление трансатлантических связей и партнерства с Альянсом», указывается на необходимость «работать теснее с партнерами, прежде всего с НАТО». Глобальная стратегия является, по сути, переработкой «Общей политики безопасности и обороны ЕС» (CSDP), провозглашенной еще в декабре 1998 г. А теперь еще, как известно, рассматривается вопрос о создании собственной армии Евросоюза. Так что принадлежность к ЕС – это уже не нейтралитет.

Шведская бронетехника адаптирована для действий в условиях Северо-Европейского ТВД.

Но Швеция пошла дальше, подписав ряд соглашений о сотрудничестве непосредственно с НАТО. В частности, с 1994 г. страна участвует в программе «Партнерство во имя мира», принимая постоянно участие в совместных военных маневрах со странами блока. Кроме того, Стокгольм участвовал в ряде международных операций, проводившихся под эгидой Североатлантического альянса: в Косово, Ливии и Афганистане. На официальном сайте НАТО Швеция описывается как один из самых близких партнеров Альянса. И это еще не все.

В 2016 г. шведский риксдаг (парламент) одобрил так называемый «Меморандум о взаимопонимании по поддержке принимающей страны» (Vardlandsavtalet), подписанный между Швецией и НАТО в 2014-м. Этот документ предусматривает, что теперь Стокгольму станет проще получать поддержку со стороны Альянса в случае кризиса или войны в самом королевстве или у его границ. Соглашение уточняет роль Швеции в качестве принимающей страны в связи с учениями или другой военной деятельностью на ее территории, что означает, что Швеции будет выступать в качестве принимающей страны для взаимно согласованных военных действий, таких как международные учения. По этому меморандуму блоку НАТО может быть предоставлен доступ к шведским военным базам, которые могут использоваться для оперативной или материально-технической поддержки сил Альянса в их военных операциях.

Соглашение не дает НАТО или какой-либо отдельной стране-члену Альянса права использовать территорию Швеции без разрешения: это всегда должно делаться по приглашению шведского правительства. Но это можно назвать лишь реверансом в сторону формального внеблокового статуса страны и формой «уважения ее суверенитета». По сути, Стокгольм уже фактически является членом НАТО, хотя и без формальных обязательств, предусмотренных 5-й статьей хартии Альянса.

«Наша главная задача – укрепление обороноспособности Швеции. С?2015 года мы вложили в это много денег и подняли уровень нашей обороноспособности на 40?процентов». Министр обороны Швеции Петер Хультквист

Но на самом деле похожие обязательства Швеция на себя все-таки взяла, хоть и не в рамках юридического процесса присоединения к НАТО. Нынешняя шведская оборонная доктрина содержится в «Декларации солидарности» (Den Svenska Solidaritetsfцrklaringen), разработанной и принятой риксдагом 16 июня 2009 г. при премьер-министре Йоне Фредрике Райнфельдте. Согласно «Декларации солидарности» Швеция обязуется участвовать в политике безопасности ЕС в рамках Лиссабонского договора (2007 г.) и натовской программы «Партнерство во имя мира». Вот самая суть Декларации: «Швеция не будет пассивно реагировать, если катастрофа или нападение затронут другую страну-члена (ЕС) или какую-то страну на Севере Европы. Мы ожидаем, что эти страны будут действовать таким же образом, если пострадает Швеция. Поэтому Швеция должна иметь возможность оказывать и получать военную поддержку».

Но «в условиях взаимодополняемости» ЕС и НАТО, о чем говорится в упомянутой выше «Глобальной стратегии Евросоюза», что это, если не добровольная фактическая привязка Швеции к Североатлантическому альянсу? Особенно, если вспомнить, что членами НАТО являются ее ближайшие скандинавские соседи – Норвегия и Дания. 

Это положение шведской «Декларации солидарности» соответствует 42-й статье Лиссабонского договора, которая гласит: «Если какое-либо государство-член подвергается вооруженному нападению на его территорию, другие государства-члены обязаны оказывать этому государству-члену помощь и содействие всеми доступными средствами в соответствии со статьей 51 Устава ООН… Обязательства и сотрудничество в этой области должны соответствовать обязательствам Организации Североатлантического договора, которая для государств, входящих в нее, будет и впредь составлять основу их коллективной обороны». Как видно, в этом пассаже ничего не говорится о членах ЕС, не входящих в НАТО, как, например, Швеция и Финляндия. Но совершенно очевидно, что такие страны не будут обделены военной помощью Альянса в случае войны.

Картина вовлечения Швеции в орбиту влияния НАТО и США была бы неполной, если не упомянуть подписанное в мае 2018 г. трехстороннее соглашение между Соединенными Штатами, Швецией и Финляндией о сотрудничестве в области обороны. Оно предусматривает более тесные контакты и проведение дополнительных совместных учений. Соглашение направлено, естественно, против России. «Вместе мы сможем подавить агрессивные амбиции других стран в этом регионе, таково наше послание», – сказал тогдашний министр обороны США Джеймс Мэттис, отвечая на вопрос Sveriges Radio, о том, что Вашингтон получает от этого соглашения.

Так что, если говорить прямо, нынешний статус Швеции как нейтрального с военной точки государства можно считать фиктивным. Но даже вокруг такого «нейтрального статуса» в стране ломают копья сторонники и противники членства в НАТО. Сторонники хотят закрепить де-юре принадлежность Швеции к Альянсу, сняв всякий флер нейтральности. В качестве аргумента приводится тезис о том, что Швеция, будучи нейтральной, не способна защищаться в одиночку. При том сторонники этого тезиса как будто не замечают ни  «Декларации солидарности», ни «Меморандума о взаимопонимании по поддержке принимающей страны», ни других вышеуказанных документов, позволяющих королевству не бояться внешней угрозы, даже если таковая и объявится.

Швеция медленно, но неуклонно движется к членству в НАТО.

Главным «сногсшибательным» аргументом сторонников членства в НАТО является традиционная «русская угроза», которая на страницах шведской печати и в заявлениях местных политиков заиграла новыми, более мрачными и тревожными красками после вооруженного конфликта в Южной Осетии, и особенно – после воссоединения Крыма с Россией и начала боевых действий на востоке Украины. Если брать на веру все, что пишут даже так называемые качественные шведские газеты и что говорят серьезные, казалось бы, шведские политики, то «русского вторжения» в Швецию и страны Балтии следует ждать со дня на день.

Вступление в НАТО является одной из центральных тем общенациональной дискуссии, находящей отражение на страницах прессы.  Относительно объективной площадкой остается центральная шведская газета Svenska Dagbladet, которая уже давно поддерживает рубрику «Шведские дебаты о НАТО» (Svenska Natodebatten), предоставляя место как сторонникам, так и противникам членства страны в Альянсе. Однако в целом тональность информационного поля напоминает самые застойные годы «холодной войны», потому что и сторонники, и противники присоединения к НАТО едины в одном: Россия представляет угрозу для Швеции и Европы. Именно этот внедряемый в общественное сознание постулат стал причиной того, что шведское правительство в марте 2017 г. вернуло воинскую повинность, которая была отменена в июле 2010 г., а начиная с 2024 г. до 8 тыс. призывников в год будут проходить военную подготовку.

Приведем образчик того, какой русофобской «кашей» пичкают шведскую общественность местные газеты. Осенью 2016 г. Dagens Nyheter (DN) «раскрыла совершенно новые данные о российской угрозе в адрес Швеции». Читатели были ошарашены тем, что «источники, которые имеют доступ к разведслужбам и к шведским силам боеготовности, заявили DN о наличии высокой опасности. Речь идет об угрозе Швеции со стороны России». Далее читатели узнают, что «характер и содержание угрозы классифицируются как особо секретная информация, имеющая особое значение для государственной безопасности. Это означает, что содержание этой информации не подлежит разглашению. И рассекретить ее может только правительство. Источники в шведском правительстве сообщили DN, что угроза выросла, но даже и от них это держится в тайне». Как тут не испугаться, если даже члены правительства не знают, что это за угроза.

Накачке информационной среды в Швеции подобного рода «русскими страшилками» в значительной степени способствуют американцы. В той же заметке в Dagens Nyheter было отмечено, что тогдашний вице-президент США Джо Байден посетил Швецию 25 августа 2016 г. и заявил: «Пусть никто не заблуждается, ни Путин, ни кто-либо другой, что Швеция – неприкосновенная территория. И точка!». И далее: «В начале сентября и Верховный главнокомандующий Микаэль Бюден, и министр обороны Петер Хультквист говорили об ухудшении положения в сфере безопасности. Одновременно руководство шведской армии провело несколько внезапных проверок боеготовности. Армейские силы быстрого реагирования были отправлены на Готланд для такой проверки. 14 сентября Верховный главнокомандующий отдал приказ оставить одну роту на острове, чтобы обеспечить там постоянное военное присутствие». Чистой воды истерия – на ровном месте. Кстати, сами шведские военные считают остров Готланд в Балтийском море «чрезвычайно важным в стратегическом плане» и потому полагают, что русские, если они вторгнутся в Швецию, непременно начнут с его захвата.  

С другой стороны, есть и противники присоединения Швеции к НАТО. Они пытаются вернуть страну в «старые добрые времена», когда она реально не состояла ни в каких союзах, полагая, что только так Стокгольм сможет избежать участия в потенциальной войне. Противники присоединения выступают довольно организованно. Самые энергичные из них учредили интернет-сайт «Сохранить внеблоковую свободу. Нет членству Швеции в НАТО!» (www.alliansfriheten.se), где подробно излагают аргументы в защиту своей позиции. Свою задачу они видят в том, чтобы «обеспечить возможность Швеции не участвовать в войне, случись она в непосредственной близости от страны или далеко от нее».  Они убеждены, что, сохраняя внеблоковый статус, Стокгольм оставляет для себя широкий простор для политического маневра на международной арене, для таких шагов, которые обеспечат королевству неучастие в каком бы то ни было вооруженном конфликте.

Эта позиция в чем-то схожа с позицией Швеции во Второй мировой войне: будь что будет, пусть другие воюют, лишь бы нам не воевать. Противники присоединения к Североатлантическому альянсу убеждены также, что вступление в НАТО вызовет ответную негативную реакции со стороны России, и в случае военного конфликта с ней, который в Швеции все ждут со дня на день, королевство непременно будет втянуто в боевые действия.

В целом же позицию противников вступления в НАТО довольно емко выразила на страницах Svenska Dagbladet представительница Левой партии Швеции Ханна Гуннарссон. По ее убеждению, «для того, чтобы наша внеблоковая политика пользовалась доверием, все сближение с НАТО должно быть приостановлено, а Меморандум о взаимопонимании по поддержке принимающей страны должен быть аннулирован». «Швеция имеет давнюю традицию свободы от военного союза, – пишет Ханна Гуннарссон. – Это мудрый компромисс, который хорошо послужил нам и нашему миру и способствовал тому, чтобы поколение за поколением шведов могли жить в мире. Шведское сближение с Североатлантическим альянсом затрудняет проведение независимой внешней политики, которая  вызывала бы доверие. Желание Швеции стать членом НАТО трудно поддержать, если исходить из стратегии политики безопасности. Альянс является активной стороной в продвижении неприемлемой гонки вооружений и, как следствие, повышенного уровня напряженности в Балтийском море и вокруг него. Это не принесет пользы ни безопасности Швеции, ни стабильности в нашем мире». Это мнение было высказано в связи с военными учениями Baltops 2019, которые, по мнению политика, «являются наглядным примером неминуемого сближения Швеции с НАТО».

Острота вопроса о вступлении в НАТО, пока он не решен окончательно, всегда будет зависеть о того, какое правительство в данный момент находится у власти и какое мнение в этом правительстве преобладает. Нынешний кабинет министров состоит из членов Социал-демократической партии Швеции и Партии зеленых. Правительство и премьер-министр, лидер социал-демократов Стефан Лёвен, при котором сотрудничество с НАТО активизировалось, все же не склонны присоединять Швецию в Альянсу прямо сейчас, хотя и намерены продолжать сближение с ним. Выступая в риксдаге в сентябре 2019 г. с заявлением о политике правительства, премьер-министр Лёвен сказал, что «шведская политика в области безопасности остается неизменной. Стабильность и безопасность Северной Европы укрепляются нашим военным неприсоединением».

И параллельно с этим, как будто давая козыри в руки сторонников НАТО, Комиссия по обороне (действует в рамках шведского Министерства обороны, является органом взаимодействия парламента и правительства) представила в мае 2019 г. министру обороны Петеру Хультквисту свой доклад «Оборонительная мощь – политика безопасности Швеции и развитие ее военной обороны на 2021-2025 годы». Вдокладе  отмечается, что «ситуация с безопасностью в Европе со временем ухудшилась из-за действий России» и что «вооруженное нападение на Швецию не может быть исключено, равно как и применение военных мер против Швеции или угрозы их применения». Стефан Лёвен умудряется и говорить о внеблоковом статусе Стокгольма, и принимать во внимание «российскую угрозу», изобретенную  в недрах шведского Министерства обороны. 

Тактика Лёвена «ни нашим, ни вашим» подвергается жесткой критике со стороны так называемых «буржуазных» партий, которые упирают на «агрессивность России» как на главный аргумент в пользу членства Швеции в НАТО. Сторонники «трансатлантического сотрудничества» утверждают, что Стефан Лёвен никак не может определиться по поводу того, на чем должна покоиться безопасность государства. Они говорят, что «требуется четкая политика безопасности, а не – ностальгия» (по временам реального нейтралитета – прим. автора).

Как писал в январе 2019 г. в Svenska Dagbladet сторонник членства в Альянсе политолог Маркус Гранлунд, «сотрудничество с Североатлантическим альянсом активизировалось во время пребывания Стефана Лёвена на посту премьер-министра. В мае 2016 г. риксдаг проголосовал за меморандум с НАТО, который, среди прочего, означает, что страна может поддерживать и получать поддержку от НАТО в случае кризиса или войны в Швеции или вблизи ее границ. Таким образом, изменения в мире и внутренние решения указывают на то, что членство Швеции в Североатлантическом альянсе является логичным и естественным развитием нашей линии политики безопасности, а не изменением парадигмы». И далее: «Однако уже сегодня Швеция рассматривается Россией как часть трансатлантического оборонного сообщества. Вступление Швеции в НАТО в действительности лишь подтвердило бы уже известные отношения». Куда уж откровеннее!?

Какие выводы можно сделать? Швеция медленно, но неуклонно движется к членству в НАТО. Пока нынешнее социалистическое правительство будет у власти, трудно ожидать принятия конкретного решения о вступлении в Альянс. Думается, что нынешний кабинет будет лавировать, с одной стороны, всячески уступая давлению США и втягиваясь в дальнейшие соглашения «о сотрудничестве» по причине «российской угрозы», с другой – нынешний премьер Стефан Лёвен, судя по всему, не хочет войти в историю как политик, который прервал традицию шведского нейтралитета. Однако любое резкое обострение ситуации на международной арене, и в частности, в балтийском регионе, может спровоцировать, как выразился вышеупомянутый Маркус Гранлунд, «подтверждение уже известных отношений» даже при Лёвене.

В более отдаленной перспективе, особенно в случае победы на парламентских выборах «буржуазных» партий, которые тогда сформируют свое правительство, вероятность вступления Швеции в НАТО многократно усилится. Этому, несомненно, объективно будут способствовать давление на Стокгольм со стороны Вашингтона и общая антироссийская информационно-пропагандистская кампания как в Швеции, так и в Европе и США.