идёт загрузка...
Геополитика 
30 ноября 2020

Вторая карабахская война

Азербайджан победил, Армения капитулировала

ЕвгенийКрутиков

Президент Азербайджана, Верховный главнокомандующий Ильхам Алиев.

Сорок четыре дня длился вооруженный конфликт в Нагорном Карабахе, начавшийся 27 сентября. Исходом противостояния Армении и Азербайджана в регионе стало полное поражение армянской стороны и фактическая капитуляция Никола Пашиняна. Азербайджан восстановил свою территориальную целостность.

По итогам боевых действий и подписанного трехстороннего соглашения Армения потеряла весь так называемый «пояс безопасности» (семь оккупированных армянскими войсками районов Азербайджана) и Нагорный Карабах – статус того, что осталось от так называемой «НКР» – в соглашении не определен. Баку предлагает проживающим в регионе армянам, которых считает гражданами Азербайджана, культурную автономию – и не более того.

Следствием военных неудач стал острый политический кризис в Армении. Люди вышли на массовые митинги. Протестующие обвиняют премьер-министра Пашиняна в предательстве. В отставку отправлен министр обороны Давид Тоноян.

Устаревшая бронетехника на позициях армянских военных в Нагорном Карабахе.
Фото: Пресс-служба

Недооценка противника, провал разведки Армении

Задуматься о происходящем Еревану надо было еще летом, после июльских боев на границе между Азербайджаном и Арменией. Однако соответствующие армянские спецслужбы (ГРУ и СНБ) не дали всему этому должную оценку.

Азербайджан постепенно формировал два ударных корпуса, в которые были сведены наиболее боеспособные части всей армии, включая глубокого резерва. Ближе к линии соприкосновения в Нагорном Карабахе азербайджанцами строились склады, подводилась система снабжения ГСМ. Все это с армянских позиций можно было увидеть просто в бинокль, не прибегая к сложным разведывательным манипуляциям.

Главным разведывательным управлением Генерального штаба Вооруженных Сил Армении и Службой национальной безопасности Армении не были даны правильные оценки массированным закупкам Азербайджаном высокотехнологичных вооружений на международном рынке. Просто исходя из анализа перечня этих закупок можно было построить теоретическую модель военной тактики, которую готовился использовать Баку. В первую очередь это касалось импортных дронов и самоходной артиллерии, поддерживающей наступающие батальонные тактические группы. Одного этого хватило бы для понимания того, что замышляют по другую сторону фронта.

Никол Пашинян был вынужден капитулировать после падения города Шуша.
Фото: Пресс-служба

На психологическом уровне как в «НКР», так и в самой Армении опирались на воспоминания о победе 1994 года. Несмотря на очевидное численное и качественное превосходство азербайджанской армии по состоянию на 2020 год, в Степанакерте и Ереване подпитывались легендой о том, что «мы тогда победили, а сейчас и до Баку дойдем». Снисходительное отношение к Азербайджану привело армян к утрате бдительности и просто расхлябанности.

При этом за последние годы Ереваном были утрачены доверительные отношения с Москвой, контакты в разведывательной сфере были фактически свернуты. За период нахождения у власти многовекторного Никола Пашиняна сменилось четыре руководителя Службы национальной безопасности, постоянно тасовались кадры в Минобороны и Генштабе ВС Армении. Российская сторона в такой обстановке была не готова делиться разведданными с Ереваном. Все это сопровождалось в Армении внутренней антироссийской риторикой, помноженной на национальную спесь.

Точно так же, с большим недоверием, относились в РФ и к «президенту Нагорного Карабаха» Араику Арутюняну, который являлся политическим ставленником Пашиняна.

Армения оказалась полностью не готовой к войне. Уже на пятый день боевых действий, как признали в Ереване, дезертировало 1500 армянских военнослужащих, отказавшихся воевать. К концу войны число армянских дезертиров составило уже 10 тысяч человек.

Если проводить историческую параллель, то это очень смахивает на провал Израиля перед войной Судного дня 1973 года, когда израильская разведка и политики откровенно проспали сирийско-египетские приготовления с очень тяжелыми последствиями для ЦАХАЛа в первые дни войны.

Министр обороны Армении Давид Тоноян проводит совещание в Степанакерте: ситуация безнадежная.

Устаревшие тактические представления

Оборона «НКР» оставалась в неизменном виде с середины 1990-х годов и ревизии не подвергалась, несмотря на радикальное изменение с тех пор принципов и методов ведения войны. Армянские офицеры, обучавшиеся в Москве и знакомые с тактическими построениями XXI века, в последние полгода были массово зачищены в Генштабе Вооруженных Сил Армении под слишком уж надуманным предлогом, чтобы считать это просто скудоумием.

Напомним, что поводом к массовым увольнениям в армянском Генштабе послужила свадьба дочери НГШ, на которой якобы «не соблюдались правила поведения при пандемии коронавируса». Пашинян тут же воспользовался этим для зачистки лично неугодных ему высокопоставленных военных.

Система обороны «НКР» опиралась на несколько последовательных укрепленных линий, передовая из которых на центральном и южном участках линии соприкосновения была построена в 1990-х гг. в степной зоне в рамках так называемого «пояса безопасности». Эта армянская «линия Мажино» работала 25 лет. Но за четверть века Азербайджан и его армия сильно изменились, а вот в «НКР» и Армении не изменилось ничего в восприятии военной действительности.

В новой обстановке удерживать армянской стороне степную зону «пояса безопасности» нужно было уже другими мерами и методами. Иначе перспектива потери Джабраила, Физули, Гадрута, Зангелана и Кубатлы была видна невооруженным глазом. Что, собственно, в итоге и произошло.

Наступление на южном фланге

С началом боевых действий 27 сентября азербайджанская армия перешла в контрнаступление по всей линии соприкосновения. На северном участке фронта азербайджанские горнострелковые части и спецназ смогли установить контроль над горной вершиной на хребте Муровдаг (это географически естественная северная граница Карабаха и Кельбаджарского района, связывающего Карабах и Армению). На этом продвижение азербайджанцев на севере остановилось, начались позиционные бои.

На северо-востоке наступление развивалось успешнее, но медленно. Азербайджанцы продвинулись по долине реки Тертер, заняли там несколько крупных населенных пунктов, но также остановились.

Как теперь становится ясным, в действительности военное командование Азербайджана лишь имитировало, что увязло в боях на северном и северо-восточном направлениях – чтобы ввести армянское военное командование в заблуждение, на самом деле сконцентрировав основные силы на выглядевшем более перспективном продвижении на юге с общей целью выхода к Лачинскому коридору и далее на Шушу (взятие которой являлось для Баку главной стратегической и символической целью).

Вооруженные Силы Азербайджана входят в Агдам, который покинули армянские воинские формирования.
Фото: Пресс-служба

Азербайджанские войска кинжальным ударом продвинулись вдоль реки Аракс вплоть до Зангелана, после чего развернулись на север. Сражение в приграничной с Ираном зоне было проиграно армянской армией. Последняя попытка зацепиться за Зангелан в итоге привела к хаотичному и беспорядочному отступлению армянских частей к Лачину. Там азербайджанская армия сменила тактику и сделала ставку на проникновение в горную зону диверсионно-разведывательных групп при поддержке ударных БПЛА.

Отдельно стоит сказать, что армянская сторона даже не пыталась организовывать контратаки силами до батальона и выше. Вся тактика сводилась к пассивной обороне, и по какой-то непонятной причине даже в выигрышной оперативно-тактической обстановке армянские части не помышляли о контратаках. А сидя в окопах, войну не выиграешь.

Ключевым моментом войны стали бои за Шушу. Несколько азербайджанских групп спецназа совершили тяжелейший бросок через горно-лесистую местность и вошли в город, где в ожесточенных уличных боях разгромили обороняющиеся силы армян. После этого с военной точки зрения дальнейшее сопротивление армянской группировки в Нагорном Карабахе потеряло всякий смысл. Она была бы просто уничтожена, поэтому Пашинян по предложению Москвы подписал трехстороннее соглашение, поставившее точку в войне, которую Ереван проиграл.

Игнорирование воздушной угрозы

Противовоздушная оборона «НКР» не смогла эффективно противостоять сотням израильских и турецких дронов. Армянская сторона на земле несла тяжелые потери от действий ударных беспилотников и барражирующих боеприпасов противника, тем более, что азербайджанцы целенаправленно выбивали позиции армянских ПВО ракетами и дальнобойной артиллерией.

При этом уже после тридцати дней боев практически вся армянская система ПВО в районе Шуша – Степанакерт оказалась уничтожена (во многом благодаря ошибкам и халатности армянских боевых расчетов), и азербайджанская армия получила полный контроль в воздухе. Теоретически исправить эту ситуацию помогла бы передислокация с территории Армении РЛС и систем противовоздушной обороны, но Ереван не сделал этого, поскольку боялся оголить ПВО самой Армении.

Азербайджанский спецназ на освобожденной территории.

Ударных беспилотников у Армении практически не было, что позволяло азербайджанским подразделениям стремительно наступать, особенно в степной зоне.

Стратегический просчет в анализе направлений удара и недостатки мобилизации

Если посмотреть на карту региона, то главным и основным направлением возможного удара Азербайджана выглядела центральная зона по реке Каркарчай. Просто напрямую через Агдам на Ходжалы и далее на Степанакерт. Именно на этом участке четверть века и организовывалась основная линия обороны армян. Но именно на центральном участке азербайджанцы даже не попытались хотя бы имитировать наступление. Там не формировали и сводный наступательный корпус. На этом участке фронта велась интенсивная артиллерийская дуэль, но не более того. Но армянская сторона постоянно держала на центральном участке крупные силы.

Армянское Минобороны не смогло просчитать или хотя бы заблаговременно обнаружить концентрацию азербайджанских сил на южном фланге. Соответственно, Генеральным штабом ВС Армении был допущен стратегический просчет в определении направления главного удара азербайджанских Вооруженных Сил. В Степанакерте и Ереване продолжали считать основным и наиболее опасным центральный участок фронта в Агдамском районе даже тогда, когда азербайджанские части сильно продвинулись на юге. Очевидно, Баку все это время осуществлял мероприятия по дезинформации противника, и делал это эффективно.

Общий потенциал азербайджанской армии после успешного продвижения по степной зоне был сохранен, несмотря на определенные потери. В Баку рассчитали, что армянские резервы исчерпаны, а план мобилизации сорван. При этом грамотно использовался ресурс артиллерии, которая очень успешно уничтожала склады противника, что приводило к сокращению ресурсов армянской стороны и критически сказывалось на оборонительном потенциале армян.

Складывается впечатление, что у армянского Генштаба или вовсе не было мобилизационного плана или он не учитывал существующие реалии, хотя с началом боевых действий армянским мужчинам в возрасте от 18 до 55 лет было запрещено покидать пределы страны.

Подразделения Вооруженных Сил Армении в Нагорном Карабахе испытывали острую нехватку боеприпасов, горючего, продовольствия и медикаментов. Армянские войска в целом вели себя пассивно, просто ситуативно отбиваясь от возникающих угроз. В руках же азербайджанской стороны была полная оперативная инициатива, и она проводила передислокацию сил по всей линии фронта, формировала новые группировки, пополняла резервы. Армяне же, потеряв на юге большую часть «пояса безопасности», о каких-то контрнаступательных операциях даже и не думали.

В «НКР» доукомплектование армии с помощью мобилизации составило 78 процентов, а в Армении – 52 процента, хотя всеобщую мобилизацию обязаны были провести за 48 часов после начала войны. К тому же на третий день боевых действий Пашинян приказал остановить доукомплектование воинских частей резервистами, вместо этого он распорядился набирать неподготовленных добровольцев.

Когда Еревану стало уже ясно, что война фактически проиграна, с территории Армении было нанесено несколько ночных ракетных ударов по азербайджанским городам, находившимся далеко от линии фронта. Ракетным атакам с использованием оперативно-тактических ракетных комплексов «Точка-У» и «Эльбрус» были, в частности, подвергнуты Гянджа (второй по величине азербайджанский город) и Мингечевир с целью спровоцировать Азербайджан на аналогичный военный ответ, а затем обратиться за помощью к России и ОДКБ в качестве «жертвы агрессии». Однако данная тактика успеха Армении не принесла – в Баку заявили, что будут воевать с противником только на поле боя и атаковать армянские города не станут.

Стратегический просчет в анализе направлений удара и недостатки мобилизации

В целом следует констатировать, что причины поражения Армении в нынешней войне лежат в вопросах стратегии, разведки и отчасти в психологии. Изначальная конфигурация линии фронта не была совсем уж проигрышной для Еревана, если бы тот сумел организовать эффективную оборону на новых принципах. Учитывая контрбатарейную борьбу и «антидроновую» ПВО. Считаясь с численным и качественным преимуществом азербайджанцев и правильно определив направления главного удара. Ничего из этого сделано Арменией не было.

Президент Азербайджана Ильхан Алиев и Первая леди Мехрибан Алиева.
Фото: Пресс-служба

Причем часть всех этих болезненных ошибок относится не только к периоду правления Пашиняна, но и его предшественников – Роберта Кочаряна и Сержа Саргсяна. Хотя надо признать, что именно Никол Пашинян сделал все, чтобы война стала реальностью, постоянно провоцируя и оскорбляя Азербайджан.

В Ереване никто и пальцем не пошевелил, чтобы адаптировать старую оборонительную схему к новым военным реалиям.

Как заявил экс-начальник СНБ Армении Артур Ванецян, «в результате войны мы имеем 5 тысяч погибших, потерю территорий в 10 тысяч кв. км и разрушенную экономику».

Свою оценку причин поражения дал начальник Службы военного контроля Минобороны Армении генерал-полковник Мовсес Акопян (до 2018 года – начальник Генерального штаба ВС Армении), который обвинил премьер-министра Пашиняна в неготовности к войне в Карабахе, во лжи и грубых ошибках при проведении мобилизации и военных закупок, отсутствии стратегии и тактики, а также рассказал о дезертирстве и проблемах с призывом в действующую армию.

По словам Акопяна, «на пятый день войны у нас уже было 1500 дезертиров. Их не отправляли обратно в Ереван, чтобы те не сеяли панику». Приобретенные Арменией в РФ многофункциональные истребители Су-30СМ было невозможно использовать в боевых действиях, так как к ним не закупили ракетное вооружение.

Мовсес Акопян заявил, что сообщения информационного центра ВС Армении всю войну представляли ложную информацию о ходе боевых действий и вызвали глубокий кризис в армянском обществе. «Ложь не должна превышать более 30 процентов реальности, но наша ложь превышала 100 процентов», – сказал генерал.

Главной причиной поражения Акопян назвал ошибки в управлении армией. Так, он раскритиковал своего преемника на посту главы Генштаба Артака Давтяна, обвинив его в развале армии, назвав «самым неподготовленным генералом».

Неумелое руководство войсками, ошибки в боевом управлении стали для Армении фатальными.

В результате начавшихся два года назад реформ и оптимизации армянской армии численность личного состава была серьезно сокращена. Как пример стратегических ошибок начальник Службы военного контроля Минобороны Армении назвал секретный приказ, в соответствии с которым, по его словам, были сокращены пять полков ВС Армении.

Отметим, что откровения генерал-полковник Мовсеса Акопяна – это только «первая ласточка». Будут, очевидно, разоблачающие выступления и других армянских военачальников и политиков.

За все промахи и недочеты армянской армии, за поражение Еревана в войне несет персональную ответственность Никол Пашинян как руководитель Армении и Верховный главнокомандующий.