идёт загрузка...
Спецслужбы 
24 ноября 2020

Под каблуком: матриархат в американской разведке

Женщины заняли ключевые руководящие посты в ЦРУ

ЕвгенийКрутиков

В последнее время ЦРУ полностью захватили женщины. Полностью – это от слова целиком. Сейчас в главном и основном разведывательном агентстве США не осталось ни одной мало-мальски руководящей должности, которую занимал бы мужчина. И это при том, что всего женщин среди сотрудников ЦРУ примерно 50% от общей численности персонала. В некоторых других разведслужбах дела обстоят примерно так же. В американских источниках даже появился отнюдь не шуточный термин Sisterhood in Spies, «сёстринство в шпионах», скопированный с религиозного термина «братство во Христе», применяемого для католических монашеских орденов.

Во времена «холодной войны» женщин в ЦРУ тоже было довольно много, но в большинстве своем это были жены оперативных сотрудников, которые проходили специальную подготовку и помогали своим мужьям в ремесле шпионажа. Были и очень известные оперативники, такие как Сандра «Сэнди» Граймс, работавшая «на советском направлении», и знаменитые контрразведчицы вроде Жанны Вертефей, которой приписывают лавры разоблачения российского «крота» Олдрича Эймса, хотя это довольно спорное утверждение. Однако такого, как сейчас, не было никогда.

Штаб-квартира Центрального разведывательного управления (Лэнгли, округ Фэрфакс, штат Вирджиния).

Все началось с назначения директором ЦРУ в мае 2018 г. Джины Чери Хаспел, знаменитого ветерана-оперативника с неоднозначной репутацией. Это первый исторический случай, когда американскую разведку возглавила женщина. Джина Хаспел, урожденная Уокер, работает в ЦРУ с 1985 г. (в этот же год она развелась с Джеффри Хаспелом, что, возможно, связанные события) и последовательно прошла все ступени карьерной лестницы. Знаменита она стала после скандала вокруг тайных заграничных тюрем ЦРУ. Утверждается, что Хаспел лично участвовала в пытках заключенных в такой тюрьме в Таиланде. А затем, после начала расследования Конгресса, распорядилась уничтожить компрометирующие ЦРУ и ее лично пленки. Тем не менее президент Дональд Трамп настоял на ее назначении сначала заместителем директора, а затем и директором ЦРУ.

Вот тут все и началось! Буквально за полгода после назначения Хаспел на высший пост в ЦРУ в американской разведке случились необратимые изменения.

Сперва на должность специального офицера «по разнообразию и вовлечению» была назначена Соня Хольт, давняя подруга Хаспел и тоже ветеран с более чем 30-летним стажем работы в ЦРУ. «Офицер по разнообразию» – это внутренняя «полиция политкорректности» в Лэнгли, которая следит за тем, чтобы должности, продвижение по службе и премии получали представители разнообразных меньшинств: афроамериканцы, ЛГБТ (сейчас на первое место вышли почему-то права трансгендеров), а не основная масса работающих в американской разведке, то есть белые гетеросексуальные мужчины. Женщины под категорию «меньшинство» не подходят, но политкорректность устроена таким образом, что их численность в штатном составе ЦРУ критично выросла. Это стали называть «исторический прорыв женщин в традиционно мужской мир разведки».

ЦРУ – основной орган внешней разведки и контрразведки США.

Следующей стала Елизабэт «Бет» Кимбер, возглавившая Оперативный директорат ЦРУ. Собственно говоря, это и есть американская внешняя разведка в привычном для нас понимании: руководство зарубежными станциями ЦРУ (аналог наших резидентур), управление агентурой и прочая оперативная деятельность за пределами США с целью добывания необходимой информации, а также тайные операции. Примечательно, что ранее Бет Кимбер возглавляла «русский отдел», который специализировался на проникновении в российские организации за рубежом, а также вербовку агентуры на территории РФ. Кроме того, она руководила так называемым «Миссионерским центром» в Европе. «Миссионерский» – это не имеет никакого отношения к религии. Так называется «зонтичное» региональное управление, которое со стороны курирует «станции» (резидентуры) ЦРУ, но непосредственно в их оперативную работу не вторгающееся. Параллельная управленческая структура, не дублирующая, а как бы дополняющая оперативные подразделения. Там тоже основная работа велась исключительно против России.

Арест сотрудницы московской резидентуры ЦРУ Марты Петерсон в момент закладки тайника для агента «Трианон». Оперативная съемка КГБ СССР.

Второй по значимости директорат ЦРУ – Аналитический  – возглавила Синтия «Диди» Рэпп, третья подруга в этом кружке по интересам, поступившая на работу в разведку в один год с Хаспел и Кимбер. Диди Рэпп – специалист по Ближнему Востоку, и она же по должности отвечает за составление президентского Daily Briefing – ежедневного доклада разведки для первого лица США, который Дональд Трамп, по слухам, принципиально не читает. Диди Рэпп – представитель славной династии. Ее папа, мама и муж – сотрудники ЦРУ. Пойдут ли далее по этой стезе ее дети – государственная тайна.

Заместителем директора на науке и технологиям (то есть руководителем научно-технической разведки) стала Дон Мейеррикс, также персонаж в этой сфере деятельности достаточно известный. Ранее руководителем Национального разведывательного управления (это отдельная структура, формально не входящая в ЦРУ, она управляет спутниковой группировкой слежения) стала Бетти Джин Сэпп.

Группа сотрудников ЦРУ, которая вела расследование по делу Олдрича Эймса: Сэнди Граймс, Паул Рэдмонд, Жанна Вертефей, Дайана Уортен, Дэн Пэйн.

Остается добавить в этот список Бриттани Брамелл – руководителя отдела ЦРУ по связям с общественностью и Кортни Симмонс Элвуд – главного юрисконсульта Лэнгли, и получится полный комплект. Есть еще Тоня Угорец, американка условно украинского происхождения, претендующая на должность руководителя Интегрированного центра киберугроз. Заместителем Кимбер в Оперативном директорате трудится Сьюзан «Сью» Гордон, которую, по слухам, рассматривают как будущую замену Хаспел. На этом руководящие должности в ЦРУ закончились. Мужчинам здесь не место.

По большому счету это не крайнее проявление политической корректности и даже не оглушительная победа феминистского движения в одной отдельно взятой разведке. Ни одну из этих женщин нельзя назвать политически корректной (кроме Сони Хольт, которой это по должности положено), и уж точно они не феминистки. Скорее можно говорить о том, что некий клан, состоящий исключительно из женщин, связанных тридцатилетней дружбой и общей судьбой в разведке, с приходом Джины Хаспел на должность директора ЦРУ последовательно расправился с другими кланами, в основном сформированными не по гендерному, а по политическому признаку.

Олдрич Эймс отбывает пожизненное заключение в тюрьме особо строгого режима Алленвуд в штате Пенсильвания.

При этом все эти уже немолодые женщины практически выросли на службе в разведке, прошли все стадии формирования так называемой «гендерной идеологии», но в глубине души остались верными традиционным ценностям.

Все они белые, иногда даже привлекательные блондинки, исторически европейского происхождения своих семей. Рэпп и Хольт – с немецкими корнями, Сэпп – эстонскими, Мейеррикс – голландскими, Хаспел, Кимбер, Гордон и Брамелл – ирландскими.

Если вернуться к временам «холодной войны», то в ЦРУ, особенно на советском направлении, женщины в разведке играли вспомогательную, но важную роль. При этом установочные позиции для сотрудников ЦРУ, как мужчин, так и женщин, существенно не отличались от их коллег в КГБ в плане ограничения рисков. То есть должен был существовать крепкий брак, к неженатым/незамужним сотрудникам относились с подозрением, а добрачные связи не поощрялись. За внебрачные можно было даже вылететь со службы с позором.

Это было отнюдь не проявление какой-то особой пуританской морали, а элементарное ограничение вербовочных рисков. По этой же причине на службу не допускались представители сексуальных меньшинств. С одной стороны, семейный человек более стабилен. С другой – «вторая половинка» семьи может быть обучена и вовлечена в оперативную работу, что американцы с большим размахом и практиковали. Достаточно вспомнить о той роли, которую играла на связи с предателем Пеньковским Дженет Чизхолм, жена работника посольства Великобритании и сотрудника МИ-6 Рори Чизхолма (вся операция проходила под общим руководством ЦРУ, хотя значительную роль в ней играли британские подданные).

В 1983 г. в Ленинграде была задержана с поличным целая семья шпионов: вице-консул США Лон Аугустенборг, его жена Денис с малолетней дочкой. При этом именно Денис изымала из тайника материалы, которые оставил там Юрий Павлов, предатель, работавший на одном из оборонных заводов. Павлов к этому моменту уже был изолирован, и за тайником следили сотрудники советской контрразведки. Женщина сделала вид, что вытряхивает из коляски детское одеяло и подобрала закладку. Во время допроса на камеру после вопроса «Почему вы рисковали ребенком?» на глазах Денис Аугустенборг появились слезы. Наблюдавшие за ней месяцами сотрудники КГБ констатировали, что впервые увидели у нее такое проявление эмоций.

Самая известная история из этой серии – это задержание в Москве вице-консула США Марты Петерсон, которая пришла забирать закладку, оставленную «Трианоном», предателем из МИДа Александром Огородником. Эта история стала очень популярной после выхода книги Юлиана Семенова, а затем и мини-сериала «ТАСС уполномочен заявить». Правда, в фильме вместо Петерсон по этическим причинам было показано задержание американца-мужчины, поскольку Марту Петерсон пришлось на месте обыскать. У нее вокруг шеи был повязан микрорадар кругового действия, отслеживавший радиоволну наружного наблюдения КГБ, а в лифчик был зашит так называемый «щекотунчик». Когда радар улавливал переговоры «наружки», «щекотунчик» начинал вибрировать, предупреждая об опасности.

Марта Петерсон, когда ее брали с поличным, страшно ругалась матом по-русски, многие сотрудники КГБ из группы захвата потом говорили, что узнали от американки много новых непечатных слов и их сочетаний, а ведь это были отнюдь не мальчики из консерватории! Впоследствии в ЦРУ утверждали, что Марта Петерсон полагала, что Огородник (которого уже не было в живых – тот принял смертельную дозу яда после его ареста, во время обыска в квартире, проглотив спрятанную в авторучке микрокапсулу) находился где-то рядом и хотела громким матом предупредить его об опасности.

Сэнди Граймс после выхода в отставку.

Женщины играли важную роль и в деле «шпиона на миллиард долларов» Адольфа Толкачева (передал ЦРУ данные о бортовых радарах на советских истребителях).

Но отдельно в этом ряду стоит «легенда ЦРУ» – оперативница Сандра «Сэнди» Граймс, сыгравшая ключевую роль сразу в двух делах: в истории предателя из ПГУ КГБ Леонида Полещука и в расследовании дела Олдрича Эймса.

Сэнди Граймс родилась на ядерном полигоне в Лос-Аламосе в 1945 г. в семье ученых, работавших над созданием американской атомной бомбы. Может, это на нее повлияло, может, еще что-то, но уже в средней школе она записалась на курсы изучения русского языка. И так в нем преуспела, что получила специальную стипендию по русскому языку в университете штата Вашингтон в Сиэтле. На старших курсах в университете появился вербовщик из ЦРУ. Граймс сама пришла к нему, утверждая, что она будет «идеальным шпионом». На самом деле ей нужна была гарантированная работа после окончания университета, и ЦРУ это могло предоставить. Сэнди пришла в Лэнгли на самую низшую должность, но очень быстро набралась опыта в советском («русском») отделе. Уже в конце 1970-х она стала начальником советского направления, а ее лучшая подруга Жанна Вертефей сначала возглавляла восточноевропейское направление, а затем и весь отдел, построенный по географическому признаку.

Считается, что Сэнди Граймс работала с тремя советскими агентами. В первую очередь это генерал ГРУ Дмитрий Поляков, подполковник ПГУ КГБ Леонид Полещук и Герой Советского Союза полковник ПГУ Алексей Кулак, работавший под прикрытием эксперта ООН (известен под псевдонимом «Федор»).

История Полякова хорошо известна, а в случае с Алексеем Кулаком до сих много неясного. Интересна, однако, история Леонида Полещука, которого Сэнди Граймс вела лично.

Молодой офицер ПГУ КГБ СССР Леонид Полещук в первой же своей загранкомандировке в 1971 г. оказался на «крыше мира» – в Непале. У него была идеальная для советского времени анкета: сын рабочего из маленького города на Южном Урале, учитель английского языка в обычной школе в Душанбе. В КГБ он попал по «партийной линии». Насколько плохи «хорошие» анкеты, все стали понимать уже гораздо позже. В Катманду Полещук приехал на должность в аппарат экономического советника советского посольства. При этом жена и ребенок остались в СССР, что было довольно необычно для тогдашних кадровых привычек. Но, видимо, речь шла об исключении из правил в связи с тем, что ребенок был еще слишком маленьким, а климат в Непале – тяжелым.

В общении с президентом США Дональдом Трампом директор ЦРУ Джина Хаспел показала себя умелым тактиком и?хорошим психологом, подкупая американского лидера смесью сухого реализма и апелляций к эмоциям.

Сперва все было нормально, отмечались даже некоторые успехи в работе. Но затем с Полещуком стало что-то происходить. Он запил и пристрастился к игре в казино. Что было тому причиной – скука, изоляция от семьи, специфические черты характера или же некая обида за назначение в такую неперспективную даль – это знает только следствие по его делу. Главное, что растратив казенные деньги в казино (пять тысяч непальских рупий, тогдашние 300 долларов), Полещук не нашел ничего лучше, как прийти в американское посольство. Тут на сцену и вышла Сэнди Граймс. Полещук передал американцам состав резидентур ПГУ и ГРУ в Катманду, а также данные на иностранцев, сотрудничающих с СССР. Симпатичная блондинка вела Полещука все время его пребывания в Катманду, затем переехала вслед за ним в Москву. В начале 1980-х Полещук, уже подполковник, получил назначение в Африку, в Нигерию.

Принято считать, что Полещук, вернувшись в Москву в 1974 г., отказался работать на американцев непосредственно на территории СССР из-за боязни разоблачения и на десять лет «замолчал». Но Сэнди Граймс именно в это время возвращается на работу на «русском» направлении. А после того как Полещук в 1984 г. приехал в Нигерию, именно Сэнди Граймс получает неожиданное назначение в Африку. Таких совпадений не бывает.

Уже через год Полещук из-за множества подозрений был отозван в Москву, но и там продолжил сотрудничество с американцами. Он стал одним из тех агентов, контакт с которыми ЦРУ осуществляло через тайники, замаскированные под обычные камни. В августе 1985 г. Полещук был арестован. На его квартире контрразведчики нашли шифроблокноты и драгоценности на сумму около 65 тысяч тогдашних советских рублей (пять «Волг» или трехкомнатная кооперативная квартира в центре Москвы). Он вел себя довольно нагло и пытался затянуть следствие, обвинив нескольких своих коллег в Нигерии (супругов Кожановых) в работе на ЦРУ. Их пришлось отозвать, но через три месяца проверки невиновность супругов была доказана. После следствия и суда Полещука расстреляли.

Карьера Сэнди Граймс рухнула. По факту получилось, что непосредственно она потеряла трех агентов: Полякова, Полещука и Кулака. Последний просто перестал выходить на связь. Граймс отстранили от оперативной работы и сослали в отдел кадров, перебирать бумажки.

Стена славы в штаб-квартире ЦРУ. Звездочки вместо имен сотрудников – конспирация превыше всего.

Вторично ее звезда взошла на деле советского агента Олдрича Эймса, которое началось с того, что в ЦРУ задались вопросом, как так случилось, что практически одновременно в 1985 г. было потеряно чуть ли не с десяток важных агентов в СССР, включая трех вышеперечисленных. Возглавила группу расследования Жанна Вертефей, которая привлекла в нее и Сэнди Граймс, поскольку та непосредственно вела эту агентуру и, следовательно, знала детали.

Сейчас Сэнди Граймс посвящен целый стенд в Музее разведки в Вашингтоне. Героическая версия разоблачения Олдрича Эймса, который предположительно и выдал в том числе Полещука, заключается в том, что Граймс случайно заметила у одной из сотрудниц «русского» отдела дорогой шарф от Гуччи и чисто по-женски спросила, откуда такая красота. Та и сказала, что шарфик прислала жена Эймса из Рима в подарок. У Граймс, якобы, «сработала интуиция». Это, конечно, романтическое изложение событий, но факт остается фактом: специально сформированная контрразведывательная группа, которая в итоге и вышла на Эймса, состояла более чем наполовину из женщин. В этой истории, конечно, еще много непроясненного, но такова, по крайней мере, официальная американская версия событий.

Нынешний «женский клан», захвативший ЦРУ, сформировался в том числе и на истории жизни Сэнди Граймс. Это дамы старой закалки, хотя и прекрасно интегрированные в современный мир. Их нельзя недооценивать и не следует воспринимать как какое-то случайное явление, связанное с победой феминизма или политкорректности. Это опасные противники и хорошие профессионалы, а не случайное явление. И наверняка такие перемены потребуют своего осмысления в соответствующих российских структурах, которым приходится противостоять ЦРУ.