Ядерный терроризм: блеф или реальность?
Угроза ядерного терроризма существует, но не стоит ее переоценивать

Сразу же после создания ядерного оружия соответствующие ведомства государств, им обладающих, озаботились вопросом, как не допустить попадания ядерного оружия в руки неядерных государств.

Владимир НОВИКОВ

Вместе с тем, возможность появления у негосударственных структур ядерных материалов в значимом количестве (не говоря уже о ядерных зарядах) вплоть до середины 70-х годов рассматривалась экспертами как весьма маловероятная. Только в начале 80-х годов прошлого века эксперты стали уделять значительное внимание проблеме ядерного терроризма, хотя сама эта проблема не рассматривалась в качестве одной из наиболее актуальных. Однако после событий 11 сентября 2001 г. официальные лица Соединенных Штатов представили ядерный терроризм широкой общественности в качестве едва ли не главного вызова международной безопасности и стали оказывать определяющее влияние на подходы к противодействию этой угрозе.

Под ядерным терроризмом (ЯТ) в настоящее время понимается осуществление террористических актов или угрозы их осуществления с использованием ядерных и радиоактивных материалов, включая захват ядерных объектов, на которых имеются такие материалы. Специфическим аспектом ядерного терроризма также является похищение или убийство ядерных специалистов.

На сегодняшний день нет убедительных данных о попытках террористических групп заполучить или самостоятельно разработать ядерные взрывные устройства, хотя многие аналитики (в первую очередь западные) говорят о психологической готовности террористов использовать средства ядерного террора (СЯТ) для массового поражения населения и нанесения серьезного ущерба «враждебным странам». Более того, американские представители пытаются убедить мировое сообщество в том, что уже в ближайшем будущем человечество неизбежно столкнется с ЯТ, если в кратчайшие сроки не удастся организовать «масштабное и конструктивное сотрудничество всех государств в борьбе с данной угрозой».

Опубликовано множество схем устройства ядерной бомбы, однако они не могут служить прямым руководством к действию.

В этой связи, не подвергая сомнению тезис о росте потенциальной угрозы ядерного терроризма, следует все же отметить необходимость более глубокой и взвешенной оценки вероятности осуществления актов ЯТ с учетом реальных возможностей получения террористами оружейных ядерных материалов в достаточном количестве; характера распространяемых знаний и технологий в ядерной области, имеющих отношение к военному использованию ядерной энергии; перспектив развития ядерной энергетики, способствующей наращиванию количеств ядерных и радиоактивных материалов; а также предлагаемых (и осуществляемых) мер по предупреждению актов ЯТ.

Учитывая доминирующую роль США в формировании международной политики в ядерной области, можно полагать, что ситуация с противодействием ядерному терроризму будет во многом определяться соответствующими практическими шагами американской администрации, которая придет к власти после президентских выборов 2012 г. Поэтому анализ этих шагов с точки зрения обеспечения национальных интересов России приобретает особую значимость.

В этой связи представляется важной объективная оценка определения приоритетности мероприятий по противодействию угрозе ядерного терроризма, особенно возможности появления у «негосударственных игроков» ядерных взрывных устройств. Следует отметить то обстоятельство, что в настоящее время (даже среди экспертов) отсутствует консенсус в вопросе о реализуемости того или иного акта ядерного терроризма, так как возможность доступа террористов к средствам ядерного террора зависит в первую очередь от характера средств ЯТ, системы охраны ядерных и радиоактивных материалов (ядерной установки), состава и подготовленности террористической группы (или квалификации террориста-одиночки) и целого ряда других факторов. Тем не менее, за прошедшее десятилетие на цели борьбы с ядерным терроризмом США затратили десятки миллиардов долларов. Поэтому, чтобы избежать критики по поводу «неэффективного использования значительных государственных ассигнований», Министерству национальной безопасности (МНБ) и другим американским федеральным ведомствам сегодня необходимо не только предоставить факты, подтверждающие рост угрозы ЯТ, но и доказать адекватность принимаемых мер противодействия данной угрозе.

В последние годы (особенно в преддверии и после Сеульского саммита по ядерной безопасности) в США заметно возросло количество мероприятий, проводимых в области противодействия угрозе ядерного терроризма. Практически непрерывная череда конференций и семинаров, многочисленные выступления политиков и экспертов, соответствующие публикации в СМИ формируют у широкой общественности мнение, что без принятия экстренных мер, сопряженных с крупными государственными ассигнованиями, Соединенные Штаты столкнутся с актом ЯТ уже в самое ближайшее время.

До сих пор засекречены 40 страниц из 55-страничного отчета о попытке создать ядерную бомбу на основе только общедоступной информации.

Вместе с тем данную точку зрения разделяют далеко не все. Показательным в этом плане является сообщение Алана Вольфа под названием «Озабоченность ядерным терроризмом, или просто паранойя?», опубликованное 27 марта 2012 г. в блоге Homeland Security Watch (hlswatch.com). В частности, он обращает внимание на заявления американских официальных лиц и ряда экспертов о «фиксации роста намерений террористов стать обладателями средств ЯТ… и не только со стороны Аль-Каиды, но и других организаций». При этом повторяется тезис о распространенности и недостаточной защищенности высокообогащенного урана и плутония. В этой связи следует отметить, что критерий «недостаточной защищенности» в существенной мере носит субъективный характер, поскольку он напрямую зависти от характера угрозы, которую должны сдерживать средства защиты. Практически всегда можно сформулировать такую угрозу, которую не смогут парировать любые средства защиты.

Как представляется, заявления о недостаточной защищенности можно «списать» на развертывание предвыборной президентской кампании, однако Вольф справедливо замечает, что «фиксация роста намерений» не тождественна реальным возможностям террористов осуществить акт ядерного терроризма. Он также ссылается на мнение представителей разведывательного сообщества, в соответствии с которым «несколько террористических групп… вероятно, остаются заинтерсованными в обладании химическими, биологическими, ядерными и радиоактивными средствами террора, но не обязательно всеми четырьмя из них… Главным образом их интерес фокусируется на промышленных химических веществах и токсинах». Поэтому, по словам Вольфа, заявлять о ядерном терроризме как о «реальной и глобальной угрозе», когда индикаторы «успеха», достигнутого террористическими группами в обладании какими-либо делящимися материалами или в самостоятельном изготовлении ядерного взрывного устройства, близки к нулю, вряд ли оправдано.

Как полагает Вольф, обеспечение безопасности ядерных и радиоактивных материалов, несомненно, является важной целью, но следует правильно расставить приоритеты. В этой связи представляются значимыми результаты анкетирования 59 ведущих экспертов в области международной безопасности и межгосударственных отношений (в основном американских), проведенного в США в преддверии саммита НАТО в Чикаго. Отвечая на вопрос о ранжировании 5 основных на сегодняшний день угроз НАТО, подавляющее большинство из них отвело «угрозе ядерного терроризма» предпоследнее, четвертое место. Если же судить по информации в СМИ, выступлениям официальных лиц и опросам общественного мнения, то данная угроза должна занимать одно из первых мест.

Такое расхождение оценок экспертов и «публичных персон» может служить подтверждением целенаправленного нагнетания атмосферы страха и напряженности вокруг действительно серьезной проблемы противодействия угрозе ядерного терроризма, и главную роль в этом процессе играют Соединенные Штаты. Даже если сделать скидку на грядущие президентские выборы в США, масштабы нагнетаемой истерии могут говорить об отсутствии в американском разведсообществе убедительных данных о серьезных намерениях (не говоря уже о практических шагах) террористов стать обладателями средств ядерного террора. Нельзя исключить и того, что подобными действиями руководство страны пытается минимизировать вероятность выдвижения в ближайшее время требований избирателей отчитаться об израсходованных средствах и достигнутых положительных результатах. При этом существенно более осторожная оценка угрозы ЯТ представителями разведсообщества Соединенных Штатов может свидетельствовать об их нежелании «стать крайними» (как в случае с получением якобы достоверной информации о продолжении программ разработки ОМУ в Ираке).

С точки зрения получения политических дивидендов, борьба «за предотвращение возможности обладания террористами ядерными взрывными устройствами» более предпочтительна, чем мероприятия по обеспечению надлежащего контроля за радиоактивными материалами или широко распространенными в промышленности, медицине и сельском хозяйстве радиационными источниками, которые могут послужить сырьем для создания «грязной бомбы». Именно поэтому представляется целесообразным объективно оценить возможность создания террористами ядерного взрывного устройства.

Могут ли террористы создать ядерное взрывное устройство?

Как было отмечено выше, в настоящее время вопрос о возможности террористов самостоятельно создать ядерное взрывное устройство (ЯВУ) продолжает оставаться открытым. Как полагают некоторые эксперты, источником необходимой информации может стать Интернет. По мнению других, без практических знаний в области разработки и конструирования ядерных зарядов или без доступа к носителям таких знаний вряд ли можно создать работоспособное ЯВУ. Однако все аналитики сходятся во мнении, что главная проблема для террористов заключается в получении достаточного количества ядерных материалов соответствующего качества. Поэтому именно в недопущении такой возможности и состоит основная стратегия борьбы с угрозой ядерного терроризма.

Примечательно, что большинство бывших разработчиков американского ядерного арсенала считают вполне реальным самостоятельное создание террористами ядерного взрывного устройства. В частности, по заявлению Теодора Тейлора, «при наличии делящихся материалов, собрать ядерную бомбу очень просто».

Более взвешенной представляется точка зрения бывшего участника Манхеттенского проекта Дж. Карсона Марка. По его словам, «хотя схематические чертежи ядерного оружия широко доступны на протяжении многих лет, детальные чертежи ядерного заряда, без которых невозможно производство его частей, недоступны. Их подготовка требует многих человеко-часов и участия лиц, обладающих закрытой информацией из соответствующих областей науки и техники – физики, химии, металлургии, материаловедения, включая данные, которые были получены в ходе соответствующих экспериментов. К ним относятся данные по нейтронной физике, радиационным эффектам, по высокомощной взрывчатке, гидродинамике, электрическим схемам и др.».

Безусловно, обладая соответствующими финансовыми и людскими ресурсами, доступом к специальному оборудованию, а также необходимым временем, террористы в принципе могли бы создать «грубое» ЯВУ, хотя его работоспособность оставалась бы под вопросом.

Известный эксперт Фридрих Стейнхауслер (Friedrich Steinhausler) сформулировал следующие необходимые требования, которым должна соответствовать команда террористов, стремящихся создать ЯВУ имплозивного типа:

— базовые знания по физико-химическим свойствам делящихся материалов, радиации и физике; физическим принципам взрывных устройств (в частности, по формированию взрывной волны), а также знания в области электроники;

— доступ к специализированному производству с современным оборудованием по прецизионной обработке деталей и их калибровке; компьютеризированным станкам с лазерным интерферометрическим оборудованием для контроля формы и чистоты поверхности; помещениям с контролируемой атмосферой (включая степень ее чистоты), в которых осуществляется обработка определенных деталей;

— наличие значительного количества ядерного материала оружейного качества (для «грубого» ЯВУ необходимо 25 кг высокообогащенного урана или 8 кг плутония), по меньшей мере 50 кг высокомощной взрывчатки, специальные электронные устройства для инициации взрыва (критроны);

— наличие специальных металлообрабатывающих станков, позволяющих получать детали строго определенной формы (полусферы) и размеров с микронной точностью;

— наличие керамических тиглей, электрических печей, камер, наполненных аргоном, фреона и вакуумных насосов.

Трудно представить себе ситуацию, при которой террористам удастся получить в свое распоряжение все вышеперечисленное, включая особо чистые металлические делящиеся материалы. Даже для бывших пороговых государств (Индия, Пакистан, КНДР) это представляло крайне непростую проблему. Эта почти неразрешимая задача является одним из основных факторов, препятствующих появлению ЯВУ в ряде пороговых стран.

Выбор не столь чистых делящихся материалов, тем более не в металлической форме, серьезно усложняет процесс создания ЯВУ и для профессиональных разработчиков ядерного оружия. Использование же в качестве исходного сырья реакторного топлива со степенью обогащения по урану-235 порядка 3-5% предполагает необходимость дальнейшего обогащения урана (желательно до оружейного качества, т.е. свыше 90%), что требует использования сложнейших и энергоемких технологий (например центрифужной). Тайная закупка большого количества газовых центрифуг невозможна, их самостоятельное производство – тоже.

Извлечение металлического порошкообразного урана из свежего топлива представляет собой технически непростой и биологически опасный процесс.

Получение плутония-239, особенно в металлической форме, сопряжено с большими трудностями, даже если допустить, что террористы смогут приобрести отработавшее ядерное топливо, в котором уже прошел длительный процесс «высвечивания». Из этого топлива необходимо выделить плутоний-239, что само по себе технически непросто. В истории известен только один случай, когда американским специалистам-ядерщикам удалось создать заряд из «реакторного» плутония, потратив на это несколько лет и многие миллионы долларов.

Необходимо также учитывать и то обстоятельство, что металлический плутоний (в процессе обработки от комнатной температуры до расплава при температуре 640°С) проходит 6 металлографических фаз. В каждой из них плутоний обладает своими уникальными свойствами. В частности, дельта-фаза (около 375°С) наиболее пригодна для обработки компонентов ядерного заряда, но она нестабильна при комнатной температуре, в связи с чем требуется легирование плутония индием или галлием. С технической точки зрения это отнюдь не легкая задача, тем более для террористов.

Хотя свежий уран и плутоний относительно нерадиоактивны, оба этих металла токсичны и канцерогенны. Кроме того, плутоний имеет свойство самовозгорания, что требует особой осторожности при его обработке.

По мнению Дж. Карсона Марка, наиболее быстрым и простым способом создания ЯВУ для террористов может быть использование в качестве исходного сырья порошкообразного оксида урана со степенью обогащения 94% или порошкообразного оксида реакторного плутония. Однако для этого необходимо большое количество такого сырья (110 кг особо чистого порошка урана либо 35 кг плутония) из-за трудностей, связанных с превращением порошка в металлическую форму. Следует также учитывать, что уран и плутоний в особо чистом виде редко присутствуют на рынке ядерного топлива и его продажа строго контролируется.

Использование отражателя нейтронов в ЯВУ имплозивного типа позволяет снизить требуемое количество плутония вдвое, но существенно увеличивает вес и размеры ядерного взрывного устройства. Наиболее эффективны отражатели из бериллия, однако он токсичен и его продажа также контролируется.

Если же пойти по пути снижения степени обогащения урана, то тогда необходимо иметь гораздо большее его количество. Так, для урана со степенью обогащения 50% требуется 160 кг исходного сырья, а со степенью 20% – 800 кг. Даже если террористам удастся получить такое значительное количество порошкообразного урана, они столкнутся с проблемой точного определения его изотопного и химического состава. В противном случае им придется «перестраховаться» за счет использования еще большего количества исходных ядерных материалов, что автоматически приведет к увеличению массогабаритных характеристик ЯВУ.

По мнению экспертов, задача обеспечения необходимой плотности порошкообразного ядерного материала при взрывном сжатии представляет очень трудную теоретическую и экспериментальную задачу.

Даже если в руки террористов попадет особо чистый порошок оксида урана (94% по урану-235) или порошок оксида плутония-239, то для достижения соответствующей плотности потребуется большой, специальный пресс, покупка которого обязательно вызовет интерес со стороны соответствующих ведомств. Исходя из этого, выбор террористами такого пути создания ЯВУ вызывает существенные сомнения.

Значительные проблемы технического характера могут возникнуть у террористов при выборе нужного типа, количества и системы подрыва высокомощной взрывчатки. Если скорость сжатия окажется недостаточно высока, то мощность ядерного взрыва будет минимальна, а при слишком высокой скорости мощность не превысит 100 т в тротиловом эквиваленте. Следует также учитывать склонность плутония (любой чистоты) к преждевременной детонации, что делает его непригодным для создания ЯВУ пушечного типа.

Безусловно, осуществление ядерного взрыва даже в 100 т тротилового эквивалента представляется неприемлемым, однако его последствия все же далеко не столь катастрофичны, как ядерного заряда в десятки килотонн.

По мнению экспертов, создание ЯВУ пушечного типа существенно проще, чем имплозивного.

В ядерных зарядах пушечного типа официальных ядерных держав время соударения подкритических масс составляет примерно одну миллисекунду (в имплозивных зарядах – от 1 до 4 микросекунд). Учитывая же характер ядерных материалов, которые теоретически смогут достать террористы, им, видимо, придется добиваться существенно большей скорости соударения. Это приведет к удлинению ствола «пушки» и потребует большего количества взрывчатки. В результате значительно увеличатся размеры и вес ЯВУ.

Создание ядерного взрывного устройства имплозивного типа (из плутония) представляет собой значительно более сложную задачу, чем ЯВУ пушечного типа, поскольку необходимо обеспечить мощную, почти совершенную сферическую взрывную волну сжатия за период времени в 2-3 микросекунды. Для этих целей используются так называемые «взрывные линзы». Они располагаются в определенном порядке на поверхности металлической сферы, в которой находится плутоний, и должны быть подорваны исключительно синхронно, чтобы сформировать взрывную волну, стремящуюся с одинаковой скоростью к центру сферы. Кроме высокомощной взрывчатки террористам потребуются специальные электронные устройства (критроны), называемые ядерными триггерами, чьей задачей является строгая синхронизация подрыва взрывчатки. Их приобретение также сопряжено со значительными трудностями.

Таким образом, можно сделать вывод, что самостоятельное создание террористами работоспособного ЯВУ является чрезвычайно сложной задачей. Особенно трудно приобрести необходимые ядерные материалы (желательно оружейного качества) и в достаточных количествах. Тем не менее, нельзя исключить вероятность того, что группе квалифицированных террористов, располагающих требуемыми финансовыми ресурсами, удастся в будущем создать ЯВУ.

Чтобы не допустить реализации подобного сценария, следует добиваться объединения усилий всех заинтересованных государств в борьбе с угрозой ЯТ, а соответствующим ведомствам внимательно отслеживать любые сомнительные трансакции, связанные с покупкой необходимых материалов и оборудования.

Реальна ли ядерная бомба за две тысячи долларов?

Как уже было сказано выше, создать самостоятельно ядерное взрывное устройство очень сложно даже для большой группы террористов. Тем не менее в СМИ неоднократно сообщалось об успешном эксперименте по созданию ЯВУ любителем-одиночкой или группой из двух-трех человек, не имевших соответствующей подготовки и до этого никогда не занимавшихся подобной деятельностью.

Одно из таких сообщений касалось осуществлявшегося в 60-х годах прошлого века в США так называемого эксперимента Nth Country Experiment, большая часть информации о котором до сих пор засекречена. Суть эксперимента заключалась в определении возможности небольшого числа способных физиков, прежде не занимавшихся разработкой ядерных зарядов, создать работоспособное ЯВУ, используя только открытую информацию.

В частности, такое задание получили два сотрудника Радиационной лаборатории им. Лоуренса Дэвид Добсон и Дэвид Пипкорн, в течении 9 лет изучавшие физику и математику и имевшие научные публикации. Ими было выбрано имплозивное взрывное устройство на основе плутония. Через год Пипкорн прекратил участвовать в проекте и его заменил Роберт Селден, работавший в той же лаборатории и имевший ученую степень.

По заявлению участников эксперимента, им удалось разработать детонаторы, «взрывные линзы», урановый нейтронный отражатель, плутониевую оболочку, полониево-бериллиевый инициатор цепной реакции на основе стандартного источника нейтронов, используемого для физического пуска реактора. По итогам эксперимента ими был подготовлен 55-страничный отчет с чертежами и расчетами, 40 страниц из которого до сих пор засекречены.

Если учесть, что в эксперименте участвовали квалифицированные физики с опытом работы в ядерной области, то к их словам можно отнестись с определенным доверием. Тем не менее, необходимо учитывать то обстоятельство, что вышеназванные ученые работали в федеральном ядерном центре, имевшим отношение к созданию ядерного оружия, и по роду своей деятельности могли обладать информацией, существенно снижавшей барьеры, связанные с необходимостью получения доступа к закрытой информации в области ядерного оружия.

Гораздо менее достоверной представляется информация о создании миниатюрного ЯВУ в 1977 г. студентом последнего года обучения Прин-стонского университета Джоном А. Филлипсом в качестве дипломной работы. Свою разработку Филлипс базировал на открытых публикациях и ему удалось создать ядерное взрывное устройство размером с надувной пляжный мяч, мощностью 10 кт и стоимостью $2000.

В достоверность таких сведений трудно поверить, поскольку при такой мощности заявленные размеры этого ЯВУ сопоставимы с самыми миниатюрными ядерными зарядами, разработанными в США. Еще более невероятной представляется заявленная стоимость заряда. Даже если в нее не входит стоимость оружейного ядерного материала, цена остальных необходимых материалов вряд ли столь низка. В противном случае в годы холодной войны ядерно-оружейный комплекс Соединенных Штатов должен бы поставить производство таких зарядов на поток. Однако информация об этом отсутствует.

Подобные сообщения создают у неспециалистов (включая террористов) обманчивое впечатление, что сам процесс создания ядерного взрывного устройства становится достаточно простым делом, если удалось достать необходимое количество ядерных материалов. Как заявил упоминавшийся ранее Селден, «получение ядерного материала действительно является главной проблемой, которая приводит в движение весь проект. Однако в процессе конструирования оружия… я всегда обращаю внимание на то, что многие люди переоценивают, как легко это сделать. Вы должны все сделать правильно, но имеются тысячи возможностей ошибиться. Вы не можете просто гадать».

На основании вышеизложенного можно сделать вывод, что угрозу ядерного терроризма нельзя игнорировать, и с широким распространением ядерных материалов, технологий и информации может произойти снижение барьеров на пути обладания террористами средствами ядерного террора. В то же время, как представляется, вероятность создания «негосударственными игроками» ядерных взрывных устройств остается весьма небольшой. При надлежащих мерах по учету, контролю и физической защите ядерных материалов (особенно оружейного качества) у террористов будет очень мало шансов реализовать эту идею.

Тем не менее, имеются достаточно весомые причины беспокоиться, что у террористов в недалеком будущем могут появиться средства ядерного террора. В первую очередь это связано с наличием существенно больших возможностей террористов создать «грязную» бомбу. Широкое распространение радиоактивных материалов и промышленных источников излучения, при отсутствии надлежащего их учета, контроля и охраны, может привести к существенному росту угрозы ядерного терроризма. И эта проблема для своего решения требует осуществления весьма масштабных и дорогостоящих мероприятий в самое ближайшее время. Это диктует необходимость объединения усилий всех государств и международных институтов. Только при таком подходе можно эффективно противодействовать угрозе ядерного терроризма.

Владимир Евгеньевич НОВИКОВ – заместитель начальника отдела Оборонной политики Российского института стратегических исследований


 

НОВОСТИ

На государственном испытательном космодроме «Плесецк» 30 марта проведены очередные бросковые испытания новой жидкостной межконтинентальной баллистической ракеты тяжелого класса «Сармат».
Авиационный комплекс имени С.В. Ильюшина (ПАО «Ил») обсуждает c Минобороны России возможность глубокой модернизации бортового радиоэлектронного оборудования (БРЭО) на всем парке тяжелых военно-транспортных самолетов (ВТС) Ан-124 «Руслан» ВКС РФ, сообщил РИА «Новости» вице-президент Объединенной авиастроительной корпорации по транспортной авиации, гендиректор ПАО «Ил» Алексей Рогозин.
Военнослужащие зенитной ракетной части 11-й Краснознаменной армии Восточного военного округа (ВВО) получили на вооружение новую зенитную ракетную систему С-400.
В ходе итогового заседания Государственной комиссии по двигателю АЛ-41Ф-1 ПАО «ОДК-УМПО» был торжественно вручен акт о завершении Государственных стендовых испытаний опытного двигателя.
На вооружение мотострелкового соединения общевойсковой армии Восточного военного округа (ВВО), дислоцированного в Амурской области, поступил мобильный комплекс радиоэлектронной борьбы «Житель» (Р-330Ж).
Министерство обороны России намерено закупить более 100 легких транспортных самолетов Ил-112В, заявил замглавы военного ведомства Юрий Борисов в ходе посещения Воронежского акционерного самолетостроительного общества (ВАСО).
В рамках реализации программы перевооружения войск Южного военного округа (ЮВО) мотострелковое соединение 58-й общевойсковой армии, дислоцированное в Дагестане, получило первую партию боевых машин пехоты БМП-3 нового выпуска.
Конструкторское бюро «ВР-Технологии» холдинга «Вертолеты России» приступило к стендовым испытаниям основных систем и агрегатов беспилотного вертолета VRT300. Летные испытания аппарата должны начаться в конце 2018 г.
На полигоне Сары-Шаган (Республика Казахстан) боевым расчетом войск противовоздушной и противоракетной обороны ВКС РФ 31 марта успешно проведен очередной испытательный пуск новой модернизированной ракеты российской системы противоракетной обороны (ПРО).
Порядок управления войсками в ходе непрерывного огневого поражения объектов и живой силы условного противника был отработан в ходе трехдневной командно-штабной тренировки (КШТ), проведенной под руководством командующего войсками Южного военного округа (ЮВО) генерал-полковника Александра Дворникова. В ней были задействованы управления штаба округа и подчиненных объединений, командный состав соединений ЮВО, 4 тыс. военнослужащих и около 1 тыс. единиц военной техники.

 

 

 

 

 

 

 

Учредитель и издатель: ООО «Издательский дом «Национальная оборона»

Адрес редакции: 109147, Москва, ул. Воронцовская, д. 35Б, стр. 2, офис 636

Для писем: 123104, Москва, а/я 16

Свидетельство о регистрации: Эл № ФС 77-22322 от 17.11.2005

 

 

 

Дизайн и разработка сайта - Группа «Оборона.Ру»

Техническая поддержка - Группа Компаний КОНСТАНТА

Управление сайтом - Система управления контентом (CMS) InfoDesignerWeb

 

Rambler's Top100