Запретное оружие
Уничтожение боевых отравляющих веществ не завершено, а пути для разработки новых газов открыты

Почти 15 лет станы мира выполняют Конвенцию о запрещении разработки, производства, накопления и применения химического оружия и о его уничтожении, вступившую в силу 29 апреля 1997 г. К тому времени Конвенцию подписало большинство стран мира, а 65 государств ее ратифицировали. В настоящее время 188 стран являются участниками Конвенции, не ратифицировали ее только восемь государств, жители которых составляют 2% населения Земли.

Александр ГОРБОВСКИЙ

Для реализации Конвенции государства-участники учредили Организацию по запрещению химического оружия (ОЗХО), которая обеспечивает ее осуществление, включая международный контроль соблюдения обязательств и обеспечение форума для консультаций и сотрудничества между государствами-участниками. Штаб-квартира Организации находится в Гааге (Нидерланды).

Практика осуществления Конвенции за весь период высветила целый ряд серьезных проблем, которые заставляют задуматься о дальнейшей роли этого документа в деле полного запрещения химического оружия и создания условий, обеспечивающих невозможность возникновения новых видов этого оружия в ближайшем будущем.

УНИЧТОЖЕНИЕ ЗАПАСОВ ХИМИЧЕСКОГО ОРУЖИЯ

Самым важным и одним из сложных обязательств Конвенции является полное уничтожение запасов химического оружия в мире. После первоначальных объявлений государствами-участниками своих запасов выяснилось общее количество имеющегося в мире химического оружия, которое составило более 70 тыс. тонн отравляющих веществ в боеприпасах и емкостях. Кроме этого было выявлено и объявлено определенное количество старого и оставленного химического оружия, которое практически перестало быть химическим оружием, пригодным к применению. Это оружие хранилось длительное время в условиях окружающей среды, в том числе под землей и водой. В ходе осуществления Конвенции некоторые страны обнаруживали на своей территории и извлекали некоторое количество закопанного и затопленного оружия, которое было необходимо объявлять и уничтожать под контролем ОЗХО.

Впервые в истории человечества химическое оружие было применено в ходе Первой мировой войны.

Самые большие запасы химического оружия имели Россия – 40 тыс. тонн, и США – 30 тыс. тонн отравляющих веществ. Обеспечение безопасного уничтожения такого количества высокотоксичных отравляющих веществ представило для этих двух стран серьезную научную и технологическую проблему, которая потребовала значительных финансовых затрат. По Конвенции государства-участники должны были уничтожить все свои запасы химического оружия в течение 10 лет. Предусматривалась возможность отсрочки, завершение процесса ни в коем случае не могло превысить 15 лет после вступления Конвенции в силу. Таким образом, предельным сроком завершения уничтожения всех запасов химического оружия по Конвенции является 29 апреля 2012 г. Какая же складывается реальная ситуация по этой проблеме?

Российская Федерация не смогла завершить уничтожение всех своих запасов химического оружия в десятилетний срок и попросила отсрочку до возможного предельного срока, которая в 2006 г. ОЗХО была предоставлена. Такая же отсрочка ОЗХО была предоставлена США. Однако к концу 2011 г. было уничтожено только 70% всего имеющегося химического оружия в мире. По прогнозу, к 29 апреля 2012 г. России предстоит уничтожит около 40%, а США – менее 10% запасов химического оружия. Таким образом, предельный срок завершения уничтожения химического оружия, регламентированный обязательствами по Конвенции, не будет выполнен.

Эта ситуация стала ясна задолго до сегодняшнего дня, и в рамках ОЗХО еще год назад были начаты консультации государств-участников по обсуждению путей преодоления сложившегося противоречия. На 16-й сессии Конференции государств-участников Конвенции (декабрь 2011 г.), большинством членов было принято согласованное решение, в соответствии с которым окончательный продленный срок уничтожения химического оружия государствам, владеющим им, был установлен Конференцией в соответствии с частью IV А) Приложения по проверке к Конвенции, и дальнейшие продления этого срока сверх этой даты невозможны.

Таким образом, формулировка решения последней Конференции не имеет юридического статуса уровня международного договора – Конвенции, так как принята руководящим органом ОЗХО, и пока носит рекомендательный характер под довлеющим положением невыполненного обязательства в отношении конкретного окончательного срока уничтожения химического оружия. Более того, некоторые страны, которые не ратифицировали Конвенцию и имеют запасы химического оружия, в случае вступления в нее в будущем окажутся нарушителями Конвенции.

Для России уничтожение оставшейся части запасов химического оружия продолжает представлять серьезную проблему. Уже уничтоженные запасы химического оружия в основном включали отравляющие вещества иприт, люизит и Vx, содержащиеся в достаточно больших емкостях и крупногабаритных боеприпасах. Если иприт и люизит имеют относительно небольшую токсичность, то Vx является малолетучим веществом и не создает поражающих концентраций в воздухе при обычных условиях. По этой причине все проведенные работы позволяли обеспечить высокую производительность и представляли меньшую опасность. Оставшиеся запасы представляют большое количество малогабаритных снарядов и боеприпасов сложных конструкций в снаряжении таких высокотоксичных и летучих фосфорорганических веществ, как зарин и зоман. Эти отравляющиеся вещества способны при испарении в обычных условиях создавать опасные концентрации паров в воздухе, что требует  повышенного внимания к уровню обеспечения безопасности персонала. При уничтожении этих химических боеприпасов практически невозможно обеспечить высокую производительность технологических процессов и ускорить срок их уничтожения.

По информации Федерального управления по безопасному хранению и уничтожению химического оружия, 11 сентября 2010 г. во время пусконаладочного процесса по уничтожению химических боеприпасов произошло чрезвычайное происшествие. В воздухе рабочей зоны было зафиксировано превышение ПДК продуктов детоксикации зомана. Рабочие сжигали радиоактивные массы в печах. На медицинском осмотре после завершения рабочей смены у четырех человек обслуживающего гражданского персонала обнаружили миоз глаз (сужение зрачков), что можно трактовать, как первичную степень отравления фосфорорганическими веществами. В срочном порядке рабочих отправили на обследование. Через 10 дней все они в удовлетворительном состоянии вернулись домой.

По всем вышеперечисленным причинам для завершения уничтожения российских запасов химического оружия потребуется не менее 5-7 лет. Таким образом, вероятный срок окончания уничтожения запасов химического оружия в России следует ожидать в период 2017-2019 гг.

В США в последние годы интенсивность работ по уничтожению химического оружия значительно снизилась. После апреля 2012 г. останется уничтожить менее 3 тыс. тонн отравляющих веществ, хранящихся на двух объектах в Пуэбло и Блю-Грасс. В соответствии с имеющимися планами, работы по их уничтожению продлятся до 2021 г. Называлось много причин продления ранее названных сроков завершения уничтожения запасов химического оружия в США, однако, не исключено, что основную роль в этой ситуации играет задержка сроков уничтожения химического оружия в Российской Федерации. Вполне вероятно, что в США принято политическое решение по сохранению паритета в обладании запасами химического оружия до завершения полного уничтожения этого оружия в России.

В некоторых странах было обнаружено некоторое количество закопанного химического оружия.

ТЕХНОЛОГИИ ШАГНУЛИ ВПЕРЕД, КОНВЕНЦИЯ – ОТСТАЛА

Конвенция по запрещению химического оружия разрабатывалась как бессрочный международный договор, обеспечивающий процессы химического разоружения и создание условий для невозможности появления новых видов химического оружия, их распространения и использования во враждебных целях. Безусловно, на первом этапе задача уничтожения существующих запасов этого оружия являлась самой важной. Но после завершения уничтожения всех запасов химического оружия в мире Конвенция должна продолжить выполнение своей роли в полном объеме.

Последние достижения научно-технического прогресса создали новые условия и предпосылки, осложняющие международный контроль процессов химического разоружения. Настал момент, когда необходимо провести анализ соответствия существующих положений Конвенции реалиям сегодняшнего дня и оценить потенциал документа по решению проблем, которые могут возникнуть в будущем.

К настоящему времени выявлены следующие основные тенденции, которые требуют своего рассмотрения и выявления мер для их эффективного решения в рамках осуществления этого международного договора в будущем:

— синтез новых токсичных химикатов, не отраженных в списках по Конвенции;

— появление новых токсичных химикатов (инкапаситантов),  имеющих временный поражающий эффект;

— внедрение гибких производственных линий в химической промышленности, позволяющих в короткий срок  перепрофилировать предприятие для производства новой продукции;

— сложность практического использования существующего в Конвенции механизма инспекции по запросу.

Всем известно, что в целях, не связанных с химическим оружием, во многих научно-исследовательских центрах мира синтезируются сотни новых токсичных веществ, в том числе высокотоксичных с нетрадиционными механизмами поражающего действия, которые не входят в имеющиеся списки химикатов по Конвенции. Конечно, большинство новых химикатов не может быть использовано для создания химического оружия. Однако возможности бинарной технологии расширяют диапазон опасных химикатов для целей Конвенции.

В Конвенции в параграфе 1 Статьи II дано определение химического оружия, покрывающее все токсичные химикаты и их прекурсоры, в том числе и те, которые будут синтезированы и открыты в будущем. Однако процедуры проверки, изложенные в тексте Конвенции, не обеспечивают возможность использования этого критерия при осуществлении международного контроля. На всех объектах, которые подвергаются контролю инспекторами ОЗХО, процедурами предусмотрено определение исключительно химикатов Списка 1, 2 или 3, приведенных в Конвенции. Не говоря уже о невозможности обнаружить в ходе инспекции токсичный химикат, не включенный в списки по Конвенции, сами процедуры проверки существенно ограничивают возможности по обнаружению на объектах инспекции необъявленных токсичных химикатов. Процедуры проверки практически на всех типах контролируемых объектах регламентируют мероприятия по отбору и анализу проб, а также возможность передачи этих проб в назначенные лаборатории только с согласия инспектируемого государства-участника.

Таким образом, единственным путем выполнения Конвенции в будущем является периодическое дополнение списочных химикатов.

Перед началом процесса уничтожения общее количество химического оружия в мире составило более 70 тыс. тонн.

Требуют самого серьезного внимания вещества, относящиеся к классу так называемых инкапаситантов, воздействие которых на людей может приводить к временному поражающему эффекту. Эти вещества могут быть использованы для целей войны при решении боевых задач в тактической зоне. Однако в Конвенции недостаточно полно отражены вопросы ограничения использования таких химикатов. По состоянию на сегодняшний день эти токсичные химикаты не только не объявляются, но, формально, они даже не запрещены для применения в целях войны. Рассмотрим положения Конвенции, которые имеют отношение к указанной проблеме:

1. В соответствии со Статьей II, параграф 1, пункт «а», токсичные химикаты, даже если они не включены в Приложение по химикатам Конвенции, относятся к химическому оружию, за исключением тех случаев, когда они предназначены для целей, не запрещаемых по Конвенции.

2. К разрешенным целям, в том числе, относится «правоохранительная деятельность, включая борьбу с беспорядками» (Статья II, параграф 9, пункт 2), что определяет правоохранительную цель более широкого содержания по сравнению с входящей в нее целью борьбы с беспорядками в стране.

3. По Конвенции подлежат обязательному объявлению только химические средства борьбы с беспорядками (Статья III, параграф 9, пункт «d»). Более того, формально запрещается использование для целей войны только химических средств борьбы с беспорядками (Статья I, параграф 5). Кроме того, при отсутствии необходимых ограничений в Конвенции широкий спектр токсичных химикатов, которые могут быть использованы в правоохранительных целях и имеющие нетрадиционный механизм поражающего действия, не подлежат контролю. Весь технологический процесс – начиная от синтеза таких химикатов, разработки средств их применения, производства и накопления запасов, остается вне целей и предмета Конвенции. В соответствии с фундаментальным определением Конвенции эти средства являются химическим оружием, однако выявить эту ситуацию на основе требований Конвенции можно только после установления факта их применения в войне, что не может считаться приемлемым для эффективного процесса запрещения химического оружия.

Невозможность практически проконтролировать производство и накопление указанных образцов открывает путь создания химических средств, которые могут быть использованы для применения в целях войны в тактической зоне боевых действий. Причем эффективность поражающего действия этих средств находится на уровне современного химического оружия. Поэтому существует настоятельная необходимость практического внедрения методов и средств контроля таких химикатов и приведения в соответствие всех положений Конвенции для безусловного выполнения ее целей.

Вследствие развития научно-технического прогресса, внедрения гибких химических производств, использования многоцелевого оборудования и микрореакторов задачи контроля промышленности в интересах Конвенции стали более сложными. В настоящее время в ОЗХО обсуждается лишь вопрос об увеличении количества инспекций на промышленные объекты, однако эта мера не может решить столь сложную проблему. Согласно ежегодным объявлениям во всех государствах-участниках насчитывается более 4 тысяч производственных объектов. Возможности ОЗХО по проведению инспекций составляют немногим более 100 таких объектов в год. Таким образом, на полную проверку всех существующих объектов промышленности потребуются несколько десятилетий, за которые все они претерпят коренные технологические изменения.

Многие новые токсичные химикаты сегодня формально даже не запрещены для применения в целях войны.

Но если рассмотреть по Конвенции меры контроля производственных зон, которые производят конкретные органические химикаты, то в части IX, пункт 14, Приложения по проверке указано, что «…общая цель инспекций заключается в проверке совместимости проводимой деятельности с представленной в объявлениях информацией. Конкретная цель инспекций заключается в проверке отсутствия любого химиката Списка 1, и особенно его производства, за исключением его производства в соответствии с целями, не запрещенными по Конвенции».

Однако следует отметить, что в обязательствах Конвенции по объявлениям производственных зон отсутствует требование по представлению информации о производимых, перерабатываемых и потребляемых химикатах. Это сводит на нет эффективность выполнения задачи по проверке совместимости деятельности объекта с объявлениями. В то же самое время, любая деятельность с токсичным химикатом, который не содержится в перечне списочных химикатов по Конвенции, не может быть выявлена посредством международных инспекций.

Согласно положениям Конвенции (часть IX, пункт 11, Приложение по проверке) технический секретариат осуществляет произвольный выбор производственных зон для инспекции посредством соответствующего механизма. Надо честно сказать, что предусмотренный в Конвенции механизм выбора производственных зон для инспекций, основанный на разработке компьютерных программ и учете справедливого географического распределения, не позволяет оценить риск любого объекта для целей Конвенции. Любая информация, которая не содержит типов производимых химикатов, не может дать объективную основу для оценки степени опасности объектов химической промышленности для целей Конвенции.  В идеале требуется достоверная оценка потенциальных свойств производимых химикатов, в том числе относительно возможности их использования в качестве прекурсоров для бинарной технологии или в качестве инкапаситантов. Для практического решения этой задачи потребуется внести изменения в объявления таких объектов и разработать научную методологию для решения этой важной задачи.

МЕХАНИЗМ ИНСПЕКЦИИ ПО ЗАПРОСУ

Наиболее важная роль в механизме международного контроля отводится инспекции по запросу. ОЗХО по просьбе государства-участника проводит такую инспекцию любого объекта или пункта на территории любого другого государства-участника с целью прояснения возможного несоблюдения положений настоящей Конвенции.

Штаб-квартира Организации по запрещению химического оружия, расположенная в Гааге.

Однако, по мнению многих специалистов, прописанные в тексте Конвенции процедуры по ее осуществлению неадекватны требуемым задачам по выявлению признаков нарушения обязательств по Конвенции, особенно в отношении деятельности по созданию химического оружия. В распоряжении ОЗХО еще нет ни однозначных процедур, ни полного набора соответствующих технических средств и методов, которые позволили бы надежно проверить выполнение всего комплекса обязательств по химическому разоружению, позволяющих довести выполнение задач контроля до конца.

Так, процедурами инспекций по запросу предусмотрено ограничение анализа проб установлением наличия или отсутствия химикатов Списков 1, 2 и 3, или соответствующих продуктов распада (Приложение по проверке, часть Х, пункт 48). Согласно процедурам «регулируемого доступа» инспекционная группа и инспектируемое государство проводят переговоры относительно доступа, конкретной инспекционной деятельности, в том числе отбора проб (Приложение по проверке, часть Х, пункт 47). Это означает, что существует процедурная возможность не допустить передачу проб в назначенные лаборатории ОЗХО для достоверного определения типа контролируемого химиката.

Таким образом, контроль одного из важнейших обязательств Конвенции – запрещение разработки химического оружия, не обеспечен ни методической базой, ни процедурами осуществления проверки.

Кроме того, инспекция по запросу может проводиться ОЗХО только после предъявления в Технический секретариат организации достоверных данных по фактам нарушений Конвенции. Но эта информация, как правило, добывается разведывательным путем, и ее источники государства-участники не готовы раскрывать для обоснования правомерности запроса. 

По вышеизложенным причинам за 15 лет осуществления Конвенции не было проведено ни одной инспекции по запросу.

Таким образом, в том политическом значении, которым Конвенцией определен статус инспекции по запросу, а также по уровню его технического обеспечения в настоящее время, этот механизм не может объективно выявлять опасность появления новых видов химического оружия. Требуется уточнение многих положений Конвенции, чтобы придать механизму инспекции по запросу практическую значимость и возможность его полезного использования для повышения качества международного контроля. Однако, для исправления ситуации в отношении качества механизма инспекции по запросу, потребуется внесение поправок в положения Конвенции, что приведет к необходимости повторения процесса ратификации Конвенции всеми государствами-участниками.

НУЖНА ПОЛИТИЧЕСКАЯ ВОЛЯ

После уничтожения всех имеющихся в мире запасов химического оружия и ликвидации объектов по его производству, хранению и уничтожению с ОЗХО снимется значительная часть задач. Ведь с первых дней осуществления Конвенции работа по проверке указанных объектов занимала более 60% ресурсов ОЗХО по персоналу, оборудованию и финансам. То, что на другие, не менее важные задачи, тратилось меньше средств и времени, можно оправдать неотложностью задачи ликвидации огромного военно-химического потенциала.

В новых условиях в интересах эффективности осуществления Конвенции целесообразно перенаправить усилия ОЗХО на исключения опасности разработки, производства и распространения новых видов химического оружия в мире на долгосрочный период. Это в свою очередь обусловливает необходимость развития структуры ОЗХО и процедур ее работы с целью совершенствования механизма международного контроля.

В июле 2011 г. закончила работу консультативная группа экспертов из 15 стран, которая по заданию генерального директора ОЗХО подготовила доклад «Будущие приоритеты Организации по запрещению химического оружия». В нем проведен анализ сложившейся ситуации с выполнением Конвенции о запрещении химического оружия и сформулированы предложения о повышении эффективности международного контроля по ряду проблемных вопросов химического разоружения на ближайшую перспективу.

По проблеме списочных химикатов экспертами объективно отмечено фундаментальное положение, согласно которому любая контрольная система, основанная на списке, через какое-то время теряет свои возможности, если они не будет регулярно обновляться. Группа экспертов рекомендует государствам-участникам пересматривать списки на регулярной основе – каждые четыре или пять лет. Однако при этом не отражена необходимость корректировки процедур проверки объектов, которые по Конвенции существенно ограничивают возможности международного контроля.

Не нашли отражения в докладе проблемы, связанные с опасностью разработки и использования химических средств на основе токсичных химикатов временно-выводящего действия (инкапаситантов).

Конвенция о запрещении химического оружия будет эффективна только при условии исключения опасности разработки и распространения его новых видов.

Что касается повышения эффективности мер проверки других химических производственных объектов, то при ясном понимании недостаточности представляемой в объявлениях информации, эксперты в своем докладе все внимание посвящают поиску косвенных путей.

Остается надеяться, что обсуждение доклада консультативной группы государствами-участниками ОЗХО приведет к согласованию эффективных мероприятий по развитию структуры организации и процедур ее работы с целью совершенствования механизма международного контроля.

Ситуация с реализацией Конвенции о запрещении химического оружия на сегодняшний момент находится на переломном этапе. Только полностью исключив опасность разработки, производства и распространения новых видов химического оружия в мире, можно говорить об эффективности Конвенции на долгосрочный период.

Для обеспечения жизнеспособности и эффективности Конвенции ее положениями предусмотрен механизм внесения изменений в приложения по Конвенции. Большинство вопросов, которые были подняты выше, могут быть эффективно решены путем внесения таких изменений. Это касается и дополнений в списки токсичных химикатов, и расширения объема объявлений по промышленности, и повышения эффективности процедур проверки объектов, и т.д. Ранее, в 1999, 2000 и 2005 гг. этот механизм был успешно использован ОЗХО в интересах решения конкретных задач по осуществлению Конвенции.

Однако в последнее время, хотя на различных форумах и семинарах достоверно выявляются слабые места Конвенции, реальные пути выправления ситуации в ОЗХО не предлагаются и не рассматриваются. Все чаще с трибуны сессий конференции ОЗХО звучит призыв не допускать пересмотра положений Конвенции. Это можно было бы объяснить приверженностью известному принципу о том, что лучшее враг хорошего, если бы механизм внесения изменений в Конвенцию не был бы три раза успешно использован. При той серьезности выявленных недостатков текста Конвенции и их влияния на эффективность выполнения ее целей, возникает подозрение, что основные участники Конвенции в этом просто не заинтересованы.

Только политическая воля и реальная заинтересованность государств-участников Конвенции, прежде всего России и США, может способствовать сохранению эффективных мер по запрещению химического оружия.

Александр Дмитриевич ГОРБОВСКИЙ – доктор технических наук, профессор, член Международного научно-консультативного совета по затопленному химическому оружию, эксперт Российского Зеленого Креста по проблемам химического оружия


 

НОВОСТИ

ВКС России начнут получать на вооружение зенитные ракетные системы С-500 «Прометей» ближе к 2020 г., заявил заместитель главнокомандующего ВКС генерал-лейтенант Виктор Гуменный.
Национальный центр развития технологий и базовых элементов робототехники, созданный на базе Фонда перспективных исследований (ФПИ), в рамках работ по созданию концепт-платформ для отработки новых технологий робототехники разработает экспериментальные образцы, «способные выполнять функции мобильных помощников для подразделений спецназа», заявил РИА «Новости» заместитель руководителя центра Алексей Кононов.
Подразделения специального назначения Воздушно-десантных войск до конца 2017 г. получат на вооружение около 40 бронеатомобилей «Тигр-М» с дистанционно управляемым модулем (ДУМ) «Арбалет».
Банк России не возражает против включения Промсвязьбанка в перечень уполномоченных банков по сопровождению контрактов государственного оборонного заказа, сообщило РИА «Новости» со ссылкой на материалы Центрального банка Российской Федерации.
«Результаты контрольных проверок в войсках показали, что по сравнению с прошлым годом количество подразделений, выполнивших нормативы на «хорошо» и «отлично», увеличилось в полтора раза», – сказал министр обороны России генерал армии Сергей Шойгу, открывая очередное селекторное совещание с руководящим составом Вооруженных Сил в Национальном центре управления обороной.
Холдинг «Вертолеты России» подготовил проект модернизации вертолета Ми-26 для российских ВКС. В настоящее время на основе конструкторской документации МВЗ им М.Л. Миля на заводе «Роствертол» ведется создание опытного образца нового вертолета Ми-26Т2В с последующим выполнением комплекса летных испытаний.
Как сообщил Департамент информации и массовых коммуникаций Министерства обороны Российской Федерации, предприятие-изготовитель передало в подразделения Сухопутных войск ВС РФ партию модернизированных 240-мм самоходных минометов 2С4 «Тюльпан» в рамках ГОЗ-2017.
Открыты опытно-конструкторские работы по созданию новой боевой разведывательной машины на базе БМП-3, сообщил начальник разведки – заместитель начальника Главного штаба Сухопутных войск (СВ) по разведке генерал-майор Владимир Марусин.
Во 2-ю гвардейскую общевойсковую армию Центрального военного округа, дислоцированную в Поволжье, поступили беспилотные летательные аппараты «Орлан-10» новой модификации.
Совершил первый полет с аэродрома Таганрогского авиационного научно-технического комплекса (ТАНТК) им. Г.М. Бериева самолет радиолокационного дозора и наведения нового поколения А-100.

 

 

 

 

 

 

 

Учредитель и издатель: ООО «Издательский дом «Национальная оборона»

Адрес редакции: 109147, Москва, ул. Воронцовская, д. 35Б, стр. 2, офис 636

Для писем: 123104, Москва, а/я 16

Свидетельство о регистрации: Эл № ФС 77-22322 от 17.11.2005

 

 

 

Дизайн и разработка сайта - Группа «Оборона.Ру»

Техническая поддержка - Группа Компаний КОНСТАНТА

Управление сайтом - Система управления контентом (CMS) InfoDesignerWeb

 

Rambler's Top100