Малыми шагами – в Приднестровье
Политические инициативы в отношении ПМР остаются прерогативой национальных лидеров старого света

Первые годы текущего десятилетия отчетливо продемонстрировали, что политика усиления влияния ЕС в отношении республик бывшего СССР (разумеется, исключая Прибалтику) не принесла сколько-нибудь существенных результатов, несмотря на многочисленные программы и инициативы. Отношения с Белоруссией находятся в стадии «замороженного конфликта». Украина после прихода к власти правительства Виктора Януковича перестала быть лидером евроинтеграции среди указанной группы стран. Отношения со странами Закавказья также практически не развиваются по различным причинам, а участие Евросоюза в урегулировании закавказских конфликтов не принесло каких-либо значимых результатов.

Сергей МИХАЙЛОВ

На этом фоне выделяются отношения Брюсселя с Молдавией, которые получили мощный импульс после прихода к власти в Кишиневе прозападных сил. Тем самым Молдавия на сегодняшний день остается единственным шансом для европейских структур укрепить свое влияние на территории стран СНГ и продемонстрировать здесь какие-либо успехи.

В этом контексте неизбежно встает вопрос о необходимости урегулирования приднестровского конфликта. Стремясь закрепить Кишинев в своей политической орбите, Евросоюз пытается разрешить конфликт на таких условиях, которые отвечали бы его интересам. Но при этом он сталкивается, как минимум, еще с двумя взаимосвязанными проблемами: во-первых, Евросоюз не в состоянии четко и однозначно определить для себя, какие именно задачи и каким образом ему необходимо решать в Приднестровье, во-вторых, в вопросе урегулирования этого конфликта ЕС неизбежно сталкивается с российскими интересами, что кардинально осложняет для Брюсселя стоящую перед ним задачу.

Политику европейских структур в отношении Молдавии и приднестровскому урегулированию можно разделить на две сферы. С одной стороны, довольно активную деятельность на данном направлении уже долгое время развивают наднациональные структуры Евросоюза. ЕС выстроил хорошо институализированную систему взаимодействия с Молдавией по самому широкому кругу вопросов.

С другой стороны, отсутствие результатов в приднестровском урегулировании привело к тому, что наиболее активные и влиятельные государства Евросоюза, прежде всего Германия, в последние годы предпринимают активные самостоятельные политические шаги.

Существенная политическая активизация европейских структур на молдавском направлении произошла приблизительно с начала 2003 г., когда Евросоюз предпринял своего рода «дипломатическое наступление», сочетавшее санкции в отношении приднестровского руководства, меры по организации блокады ПМР и инициативы по включению ЕС в переговорный процесс по урегулированию конфликта.

В этом же контексте необходимо рассматривать и инициативу председательствовавших в 2003 г. в ОБСЕ Нидерландов, предложивших начать в Молдавии миротворческую операцию под эгидой ОБСЕ. При этом в качестве основного исполнителя данной операции предлагался Евросоюз. Очевидно, что это предложение и было сделано с подачи ЕС. Однако эта инициатива в ОБСЕ была заблокирована Россией.

По всей вероятности, причиной такого усиления интереса Брюсселя к Приднестровью стала подготовка к расширению Евросоюза и приближению его границ к территории СНГ (это расширение последовало 1 мая 2004 г.). Поскольку приднестровский конфликт территориально является самым западным из всех конфликтов на территории бывшего СССР, в Брюсселе, видимо, решили, что было бы правильным, исходя из своих интересов, включиться в его урегулирование. Европейский подход фактически заключался в том, чтобы предпринимать различные дипломатические шаги, не предлагать никакого проекта для разрешения конфликтных противоречий по существу. Таким образом, бюрократические структуры ЕС успешно обозначили свою активность в данном вопросе и могли об этом отчитаться.

Мезебергская инициатива предполагала компромиссное решение приднестровского вопроса.

Кроме того, Евросоюз активно реагировал на политические инициативы других участников конфликтного процесса. В ноябре 2003 г. тогдашний представитель по внешней политике ЕС Хавьер Солана открыто заявил о своей оппозиции «плану Козака», предложенному Россией. Такая позиция ЕС, а также противодействие российскому плану со стороны США привели к тому, что молдавское руководство отвергло предложения Москвы.

В 2004 г. Евросоюз активно поддержал Кишинев в конфликте по вопросу о языке преподавания в некоторых приднестровских школах. Этот конфликт получил тогда острый политический резонанс. Брюссель отреагировал на него расширением списка приднестровских руководителей, которым был запрещен въезд в ЕС. Также Брюссель продолжал свою политику по усилению экономической блокады Приднестровья.

Новые всплеск политической активности на приднестровском направлении в ЕС случился уже в 2005 г., после завершения бюрократических процедур по расширению Евросоюза. В марте 2005 г. был учрежден пост специального представителя ЕС в Молдавии. Тем самым, Брюссель демонстрировал намерение активно и на постоянной основе оказывать влияние на политические процессы вокруг приднестровского конфликта.

В октябре 2005 г. Евросоюз (наряду с США) был официально включен в качестве наблюдателя в переговорный процесс по Приднестровью. С этого момента формат переговоров получил название «5+2».

Брюссель последовательно проводил свою политику по усилению экономической блокады Приднестровья. В октябре 2005 г. было достигнуто соглашение об учреждении «Миссии Европейского Союза по приграничной помощи Молдове и Украине» (EUBAM). Ее целью было усиление контроля за украинско-молдавской границей, прежде всего за ее приднестровским участком длиной 454 км.

Одним из основных мотивов, стоящих за попытками установить блокаду Приднестровья, было стремление устранить те экономические преимущества, которые имеются у Тирасполя перед Кишиневом.

Сочетание мер пограничного контроля и нажим на украинскую сторону в целях неизменного применения к приднестровским товарам таможенных правил Молдавии привело к определенным результатам. К декабрю 2010 г. практически все экспортеры ПМР были вынуждены зарегистрироваться в молдавских госструктурах.

Очевидно, в расчете на то, что подобное давление на ПМР окажет воздействие и на Россию, особенно в сочетании с политическим нажимом на Москву, чиновники Евросоюза в 2005-2006 гг. предприняли еще одну попытку кардинально изменить обстановку в конфликтной зоне. Устами официального представителя ЕС в Молдавии Адриана Якобовиц де Сегеда был озвучен очередной план по замене российских миротворческих сил на международный контингент. Согласно этой идее Евросоюз должен был оказать давление на Россию с тем, чтобы военнослужащие европейских стран были включены в состав миротворцев. Однако этот план потерпел неудачу еще до предъявления российской стороне. Уже на раннем этапе согласования внутри Евросоюза эта инициатива была заблокирована целым рядом европейских стран, в первую очередь Германией.

В оппозиции к данному предложению помимо Германии оказались страны западной и южной Европы, а в его поддержку высказались бывшие социалистические государства (кроме Словакии) и некоторые страны европейского севера (Великобритания и др.). Таким образом, в данном случае раскол произошел по принципу отношений тех или иных государств с Россией и их готовности идти на конфликт с ней. Поскольку примерно половина стран ЕС к такому конфликту оказалась не готова, предложение было отвергнуто.

После этих событий Евросоюз не выдвигал каких-либо крупных политических инициатив в вопросе приднестровского урегулирования, сосредоточившись на реализации стратегии «малых дел»: укреплении своего политического влияния на Кишинев, экономической поддержке Молдавии и давлении на Приднестровье.

Так, в 2013 г. ЕС оказывал постоянный нажим на руководство Приднестровья с тем, чтобы подорвать его экономическую и социальную базу. При этом брюссельские чиновники довольно пренебрежительно относятся к интересам и мнению самой Молдавии. В марте этого года Брюссель предупредил Кишинев, что Евросоюз пойдет на либерализацию визового режима с Молдавией только в том случае, если та установит на границе с Приднестровьем шесть контрольных пунктов, осуществляющих миграционный и таможенный контроль. В самой Молдавии это требование вызвало массу возражений, так как фактически означало признание границы с ПМР межгосударственной. Однако в июне 2013 г. это требование было подтверждено таким высокопоставленным брюссельским чиновником, как директор европейской службы по внешним связям Гуннар  Виганд.

Что касается политического влияния Евросоюза, то еще с конца 1990-х гг. Кишинев с большей или меньшей степенью серьезности постоянно заявляет стратегической задачей своей политики вступление в ЕС. Две стороны периодически принимают различные программные документы, нацеленные на приближение политических и экономических реалий Молдавии к «европейским стандартам».

В сфере торговых отношений Брюссель осуществляет целенаправленную линию по вовлечению Молдавии и Приднестровья в орбиту своего экономического влияния. Очевидно, что укрепление экономической зависимости рассматривается в качестве основы для политического доминирования в будущем. Если для Молдавии такое доминирование ЕС является уже почти решенным вопросом, то в отношении Приднестровья оно остается делом будущего.

Евросоюзу сравнительно легко удалось достичь значимых результатов на этом направлении, учитывая огромную разницу экономических потенциалов Молдавии и ПМР, с одной стороны, и ЕС – с другой. В результате, по состоянию на 2012 г. ЕС являлся главным экспортным партнером Молдавии (47% всего экспорта из республики), существенно обгоняя Россию, занимающую второе место (30% молдавского экспорта).

Таким образом, анализ подходов европейских структур к урегулированию приднестровского конфликта ясно показывает: несмотря на активную заинтересованность Брюсселя в усилении своего влияния в Молдавии, а также на желание завершить конфликт на своих условиях, Евросоюз не смог даже сформулировать действенный вариант решения вопроса, не говоря уже о том, чтобы добиться реализации этого решения. Правда ЕС добился сомнительного успеха в том, что дезавуировал и фактически сорвал план урегулирования, предложенный Москвой в 2003 г. (план Козака).

Кроме того, со стороны дипломатов ЕС звучали заявления о том, что одной из слабых сторон позиции Евросоюза по Приднестровью был сравнительно низкий политический статус чиновников, участвовавших в процессах урегулирования, в то время как в России решения по вопросам, подобным приднестровскому, принимаются на самом высоком уровне.

Видимо именно это понимание привело к тому, что в июне 2010 г. инициативу в разрешении конфликта взяла на себя канцлер Германии Ангела Меркель, которая выдвинула ряд предложений компромиссного характера по решению приднестровского вопроса. В частности, речь шла о формировании федеративного государства на основе Молдавии и Приднестровья, а также о том, что российские войска останутся в ПМР до момента завершения общего урегулирования.

Данные предложения были увязаны с проектом формирования постоянно действующего комитета Россия – ЕС по вопросам внешней политики и безопасности на уровне министров иностранных дел. Одним из первых вопросов, поставленных перед указанным комитетом, должно было стать урегулирование приднестровского конфликта.

По всей видимости, германский проект предполагал, что вопрос о формировании такого комитета будет всерьез поднят на уровне Евросоюза в том случае, если российская сторона проявит активность в деле приднестровского урегулирования на указанных условиях.

Однако в связи с тем, что идея формирования комитета не вызвала поддержки на уровне Евросоюза, мезебергская инициатива не получила развития. Вместе с тем Германия предприняла усилия для того, чтобы обеспечить себе контроль за реализацией политики Евросоюза в Молдавии. По состоянию на сентябрь 2013 г. оба основных органа ЕС в этой республике, представительство ЕС в Молдавии и Миссию по приграничной помощи (EUBAM) возглавляли представители ФРГ.

Важным этапом германской политики стал визит канцлера Ангелы Меркель в Кишинев 22 августа 2012 г. В ходе визита она фактически подтвердила статус Молдавии как своего рода «фаворита» европейских интеграционных процессов в Восточной Европе. Кроме того, Ангела Меркель заявила о намерении добиваться решения приднестровского вопроса и о том, что она видит перспективы европейской интеграции для всех жителей Молдавии, включая приднестровцев.

Формат миротворческих сил в Приднестровье остается прежним, несмотря на попытки чиновников ЕС изменить его.

Вместе с тем этот визит имел и очевидную цель оказания определенного давления на Россию. С его помощью германская сторона намеревалась продемонстрировать Москве, что даже если та не намерена брать на себя инициативу приднестровского урегулирования в соответствии с предложениями, сделанными в Мезеберге, и Молдавия, и Приднестровье все равно будут со временем политически и экономически поглощены Евросоюзом, при активном германском участии и руководстве.

Описанные выше попытки чиновников европейских интеграционных структур добиться изменения формата миротворческих сил в зоне конфликта наглядно демонстрируют причины, по которым Евросоюз так и не взял на себя политическую инициативу по комплексному разрешению конфликта. Главная из них заключается в том, что у европейских стран нет единства во взглядах  относительно приоритетности собственно приднестровского конфликта не только с точки зрения задач внешней политики ЕС, но и, самое главное, относительно приоритетности отношений с Россией.

Во-первых, весьма важным условием для продвижения выгодного ЕС варианта урегулирования является способность изменить военно-политическую расстановку сил в зоне конфликта. Как показала практика, Евросоюз не может добиться введения своих военнослужащих в район противостояния. Большинство крупных европейских стран, по-видимому, не считают это необходимым.

Вторая причина неспособности ЕС к решительным действиям в приднестровском вопросе определяется кардинальными различиями между членами Евросоюза в вопросе готовности идти на конфликт с Россией по данной теме. Поэтому Евросоюз имеет крайне узкое пространство для каких-либо решительных маневров, даже в случае гипотетического обострения ситуации в Приднестровье. Те европейские государства, которые обладают достаточным политическим весом, чтобы взять индивидуальную ответственность на себя для решительных шагов, слишком заинтересованы в позитивных отношениях с Россией, чтобы идти на обострение с ней.

Таким образом, ЕС имеет возможность действовать на молдавско-приднестровском направлении в основном методом постепенных, «рутинных» шагов: укреплять экономическое, политическое и информационное влияния, гуманитарные связи, организовывать различные долгосрочные программы. Крупные же политические инициативы остаются прерогативой национальных лидеров ведущих государств Европы.


 

НОВОСТИ

На государственном испытательном космодроме «Плесецк» 30 марта проведены очередные бросковые испытания новой жидкостной межконтинентальной баллистической ракеты тяжелого класса «Сармат».
Авиационный комплекс имени С.В. Ильюшина (ПАО «Ил») обсуждает c Минобороны России возможность глубокой модернизации бортового радиоэлектронного оборудования (БРЭО) на всем парке тяжелых военно-транспортных самолетов (ВТС) Ан-124 «Руслан» ВКС РФ, сообщил РИА «Новости» вице-президент Объединенной авиастроительной корпорации по транспортной авиации, гендиректор ПАО «Ил» Алексей Рогозин.
Военнослужащие зенитной ракетной части 11-й Краснознаменной армии Восточного военного округа (ВВО) получили на вооружение новую зенитную ракетную систему С-400.
В ходе итогового заседания Государственной комиссии по двигателю АЛ-41Ф-1 ПАО «ОДК-УМПО» был торжественно вручен акт о завершении Государственных стендовых испытаний опытного двигателя.
На вооружение мотострелкового соединения общевойсковой армии Восточного военного округа (ВВО), дислоцированного в Амурской области, поступил мобильный комплекс радиоэлектронной борьбы «Житель» (Р-330Ж).
Министерство обороны России намерено закупить более 100 легких транспортных самолетов Ил-112В, заявил замглавы военного ведомства Юрий Борисов в ходе посещения Воронежского акционерного самолетостроительного общества (ВАСО).
В рамках реализации программы перевооружения войск Южного военного округа (ЮВО) мотострелковое соединение 58-й общевойсковой армии, дислоцированное в Дагестане, получило первую партию боевых машин пехоты БМП-3 нового выпуска.
Конструкторское бюро «ВР-Технологии» холдинга «Вертолеты России» приступило к стендовым испытаниям основных систем и агрегатов беспилотного вертолета VRT300. Летные испытания аппарата должны начаться в конце 2018 г.
На полигоне Сары-Шаган (Республика Казахстан) боевым расчетом войск противовоздушной и противоракетной обороны ВКС РФ 31 марта успешно проведен очередной испытательный пуск новой модернизированной ракеты российской системы противоракетной обороны (ПРО).
Порядок управления войсками в ходе непрерывного огневого поражения объектов и живой силы условного противника был отработан в ходе трехдневной командно-штабной тренировки (КШТ), проведенной под руководством командующего войсками Южного военного округа (ЮВО) генерал-полковника Александра Дворникова. В ней были задействованы управления штаба округа и подчиненных объединений, командный состав соединений ЮВО, 4 тыс. военнослужащих и около 1 тыс. единиц военной техники.

 

 

 

 

 

 

 

Учредитель и издатель: ООО «Издательский дом «Национальная оборона»

Адрес редакции: 109147, Москва, ул. Воронцовская, д. 35Б, стр. 2, офис 636

Для писем: 123104, Москва, а/я 16

Свидетельство о регистрации: Эл № ФС 77-22322 от 17.11.2005

 

 

 

Дизайн и разработка сайта - Группа «Оборона.Ру»

Техническая поддержка - Группа Компаний КОНСТАНТА

Управление сайтом - Система управления контентом (CMS) InfoDesignerWeb

 

Rambler's Top100