Меняющееся лицо индонезийского терроризма
В стан боевиков людей приводят социальные проблемы на земле и обещания райского блаженства на небе

Десятую годовщину взрывов на Бали отмечали по-разному. Премьеры и экс-премьеры произносили речи, сироты читали стихи, 150 серферов образовали в воде круг, призванный символизировать мир. Работники пляжей отпустили в океан 202 черепашат – в честь такого же числа погибших, кто-то зажег на пляже 202 свечи, а кто-то поставил на мемориал в честь жертв теракта семь бутылок местного пива Bintang – по числу погибших товарищей…

Михаил ЦЫГАНОВ

Джакарта – Суматра – Сулавеси – Бали

12 октября 2002 г. в 11 часов ночи террорист-смертник произвел первый взрыв перед баром Paddy's Pub в известном своими злачными местами балийском пляжном городке Кута. Когда все находившиеся в зданиях поблизости бросились на улицу, сработал второй, намного более мощный заряд, спрятанный в микроавтобусе, припаркованном рядом с ночным клубом Sari Club, расположенным по другую сторону улицы от Paddy's Pub.

Второй взрыв был настолько мощным, что Sari Club был практически полностью разрушен, а ударная волна выбила стекла у всех зданий в радиусе 500 метров. Духовные вдохновители исламистов потом утверждали, что, на самом деле, за терактом стояло ЦРУ США, испытавшее-де некий новый вид маломощного ядерного устройства. После взрыва в ночном клубе начался мощный пожар, который перекинулся на соседнее заведение, также наполненное людьми, а затем охватил еще два десятка домов.

Джакарта: последствия теракта.

Сработавшим в тот день 700 килограммам взрывчатки было суждено стать крупнейшим (но не первым) терактом в истории Индонезии. Взрыв унес жизни 202 человек, в том числе 164 туристов из 21-й страны мира. Еще более 300 человек получили ранения, которые навсегда изменили жизнь многих из них. Погибли и 38 индонезийцев, в основном – водителей такси и сотрудников клуба.

Индонезия является самой многонаселенной мусульманской страной мира – ислам здесь исповедует около 90% из 240 млн. ее жителей. Однако он не является государственной религией, а в ряде провинций большинство жителей исповедует другие религии. Так, подавляющее большинство жителей Бали – индуисты. И в целом Индонезия имеет репутацию одной из самых веротерпимых стран Азии. Точнее, имела, пока в ее стремительно растущих мегаполисах не стали скапливаться громадные массы безработных люмпенов…

ПРОСТИТЬ, НО НЕ ЗАБЫТЬ?

«Мы не в состоянии забыть трагедию, но давайте все же простим, чтобы можно было нормально продолжать жить», – призвал представителей различных конфессий Индонезии накануне десятилетней годовщины теракта один из руководителей его расследования, а ныне – губернатор Бали Маде Манку Пастика.

«Жители Бали, те, кто выжил после взрывов, и их семьи после трагедии прошли чрезвычайно трудный период – и боль с гневом до сих пор живут в сердцах и умах многих людей. Но пусть эти чувства не помешают нам начать новую и мирную жизнь», – сказал Пастика.

Забыть взрывы не готова и премьер-министр Австралии Джулия Гиллард, принявшая 12 октября 2012 г. участие в прошедшей в культурном парке «Гаруда Вишну Кенчана» на юге Бали многотысячной торжественной службе в память жертв теракта, среди которых было 88 австралийцев.

«Это был ужасный момент, который оказал глубочайшее воздействие на Австралию. Забыть об этом было бы высшей степенью несправедливости – и мы никогда не забудем», – подчеркнула она.

Но если уж помнить – то будем помнить обо всем. Взрывы на Бали (как и предшествующие и последующие теракты) были осуществлены действующей по всей Юго-Восточной Азии и связанной с «Аль-Каидой» региональной террористической организацией «Джемаа исламия», которая ставит целью создание в этом регионе исламского «супергосударства», в которое вошли бы Индонезия, Малайзия и Сингапур, а также населенные преимущественно мусульманами южные районы Филиппин и Таиланда. На пике своей мощи созданная примерно в 1993 г. организация имела разбросанную по всему региону сеть в несколько сотен членов, а ее ядром была группа из примерно 50-60 индонезийцев и малайзийцев, прошедших военную подготовку в Афганистане в 1980-1990 гг.

В рамках своей идеологии, основывающейся на буквальном истолковании учения ислама, экстремисты считают себя солдатами Бога, сражающимися против Его врагов, рассказывал автору в ходе первого знакомства еще в 2004 г. Аншад Мбаи – тогда начальник отдела по противодействию террору ведомства министра-координатора по вопросам политики и безопасности Индонезии, а ныне – глава созданного два года назад Национального управления по противодействию террору (НУПТ).

«Кстати, этой идеологией они заразилась, когда сражались в Афганистане против советских войск», – подчеркнул он в той давней беседе. – Терроризм – не обычное преступление, он имеет политическую мотивацию. И террористы не остановятся, пока их политическая цель не будет достигнута. Именно поэтому терроризм нельзя победить, не обратившись к его корням».

Одним из таких корней, считает Мбаи, является политика США на Ближнем Востоке: «Исламские экстремисты считают ее несправедливой и потому полагают себя вправе отвечать любыми средствами. Без изменения американской политики на Ближнем Востоке мотивация и идеология террористов сохранятся, а их ряды будут пополняться новыми членами. Как гласит старая китайская поговорка, пока есть топливо, огонь не погаснет».

«Кроме того, они считают себя преданными Вашингтоном. Они говорят: в ходе кровопролитной войны в Афганистане американцы учили нас, снабжали нас, мы воевали в тяжелейших условиях. И что же: после завершения афганской войны нас объявили врагами, американцы предали нас», – заключил Мбаи.

ДЕКАДА ТЕРРОРА

Более 200 погибших и свыше 300 раненых – не удивительно, что начало серии нашумевших терактов в Индонезии датируют именно первыми двумя взрывами на Бали 12 октября 2002 г. Это, однако, неверно.

На самом деле, начало десятилетию террора в «стране трех тысяч островов» положила унесшая жизни почти двух десятков человек серия взрывов в христианских храмах Джакарты, Медана – столицы провинции Северная Суматра и других городов в рождественскую ночь 2000 г.

2001 г. прошел спокойно.

В 2002 г. произошел теракт на Бали.

5 августа 2003 г. мощный взрыв прогремел у расположенного в центре Джакарты пятизвездного отеля Marriott – террорист-смертник подогнал поближе к находящемуся в здании гостиницы ресторану загруженный взрывчаткой грузовик. В итоге – 12 погибших и около 150 раненых.

9 сентября 2004 г. еще один террорист-смертник взорвал начиненный взрывчаткой автомобиль перед воротами австралийского посольства в Джакарте, в результате чего погибли десять человек и были ранены свыше 180.

Наконец, 1 октября 2005 г. трое террористов-смертников взорвали себя в двух ресторанчиках морской кухни в местечке Джимбаран на южном побережье Бали и в оживленном кафе все в том же городке Кута. Погибли 23 человека и свыше 100 были ранены.

Десятилетие крупных взрывов в Индонезии завершилось в июле 2009 г., когда бомбы, сработавшие в столице страны у фешенебельных отелей Ritz-Carlton и Marriott, унесли жизни девяти человек и ранили 52.

ВДОХНОВИТЕЛИ ТЕРРОРА

Сейчас к сообщениям о терактах мы уже привыкли, но в 2002 г. взрывы на Бали стали основанием для того, чтобы 14 октября резолюцию 1438 с их решительным осуждением принял Совет Безопасности ООН.

Уже через несколько дней был арестован широко известный в регионе духовный учитель исламских экстремистов Абу Бакар Баашир. В 1980-е гг. этот радикально настроенный мусульманский богослов эмигрировал из Индонезии в Малайзию, где стал одним из основателей «Джемаа исламия». Вернувшись на родину в 1998 г., он создал организацию «Совет моджахедов Индонезии».

Аншад Мбаи.

Однако в 2002 г.  следствию не удалось доказать его прямого участия в подготовке теракта или подстрекательства к преступлению, и Баашир был приговорен за государственную измену и нарушение иммиграционных правил лишь к четырем годам тюремного заключения. К тому же в ноябре 2003 г. джакартский суд более высокой инстанции счел богослова невиновным в организации заговора по свержению законного правительства страны и провозглашению Индонезии исламским государством, после чего обвинение в государственной измене отпало, и приговор был смягчен до трех лет тюремного заключения. А затем Верховный суд сократил этот срок еще вдвое.

Но в конце апреля 2004 г. Баашир, срок пребывания которого в тюрьме истек, был вместо освобождения повторно арестован: полиция объявила его подозреваемым в терроризме в связи с новыми данными. На завершившемся в марте 2005 г. процессе богослов был признан виновным в участии в организации взрывов на Бали и приговорен к двум с половиной годам тюремного заключения. Однако в связи с тем, что часть этого срока Баашир отбыл в ожидании суда, а также благодаря двум общим амнистиям, он вышел на свободу уже в июне 2006 г.

К судьбе Баашира мы еще вернемся, а пока обратим внимание на «малайзийский след» в его биографии и перейдем к рассказу о том, как ловили непосредственных организаторов теракта.

СЛЕДСТВИЕ ВЕДЕТ ПОЛИЦЕЙСКАЯ РАЗВЕДКА

В кабинете Мбаи висит огромная ветвистая схема, больше всего напоминающая чье-то генеалогическое древо. На самом деле на ней – известные властям террористические организации, их ячейки и вдохновители. Отправная точка схемы – 1949 г., когда голландские колонизаторы после четырехлетней кровопролитной войны признали независимость Индонезии.

До того как наш собеседник возглавил борьбу с террором в масштабах всей страны, он десятилетия служил в полицейской разведке (есть в Индонезии и такое подразделение, работа в котором весьма престижна), и его знания и опыт организации разведдеятельности оказались весьма востребованы на новом месте.

Ведь до терактов на Бали большинство индонезийцев, включая даже сотрудников служб безопасности, просто не верили тому, что в их стране могут действовать террористы. Взрывы изменили и это.

В ноябре 2002 г. индонезийская полиция, основываясь на показаниях главного подозреваемого в совершении терактов выходца с Восточной Явы 40-летнего Амрози Нурхашима, объявила в розыск его сообщников. В ходе допросов Амрози назвал имя руководителя преступной группы, который разработал план теракта и выбрал объекты для взрывов. Им оказался гражданин Индонезии Имам Самудра (настоящее имя – Абдул Азиз), известный также, как «Кудама» и «Фатих», разыскиваемый полицией за участие в «Джемаа исламия».

21 ноября 2002 г. Самудра был арестован, и именно в ходе его допроса выяснилось, что «Джемаа исламия» имеет непосредственное отношение к взрывам в ряде городов Индонезии в период с 2000 г., которые ранее рассматривались полицией как изолированные, не связанные друг с другом эпизоды.

До взрывов на Бали даже сотрудники служб безопасности Индонезии не верили, что в их стране могут действовать террористы.

5 декабря 2002 г. был арестован Али Гуфрон, более известный под именем Мухлас, – еще один из руководителей «Джемаа Исламия». По утверждению полиции, он был координатором деятельности террористов в Юго-Восточной Азии и был объявлен в розыске в Индонезии, Малайзии и Сингапуре. Вместе с Мухласом в городе Клатен на Центральной Яве были задержаны еще восемь человек, обвиненных в причастности к октябрьским взрывам.

В августе-октябре 2003 г. суд столицы провинции Бали города Денпасар вынес смертные приговоры Амрози, Самудре и Мухласу, которые были приведены в исполнение в ноябре 2008 года: трое террористов были расстреляны на острове Нусакамбанган, на котором расположена тюрьма максимальной безопасности. Еще четверо боевиков были осуждены на пожизненное тюремное заключение, а остальные получили от 3 до 16 лет тюрьмы.

На протяжении нескольких последующих лет наиболее разыскиваемыми террористами в Индонезии стали двое подданных Малайзии – обучавшийся в Австралии, защитивший докторскую диссертацию в Великобритании и даже преподававший одно время в Технологическом университете Малайзии Азахари бин Хусин, который присоединился к «Джемаа исламия» еще в конце 1990-х гг. и прошел курс взрывного дела в лагерях террористов на южном филиппинском острове Минданао и в Афганистане; и его соотечественник Нурдин Топ, считавшийся  главным финансистом и вербовщиком террористической организации.

Азахари погиб в ноябре 2005 г. при штурме бойцами Densus 88 виллы в курортном городке Бату (провинция Восточная Ява), где он скрывался вместе с сообщниками. Окруженные террористы начали отстреливаться и бросать гранаты, ранив одного полицейского, а затем на вилле прогремел мощный взрыв, разрушивший ее крышу. Судя по всему, Азахари, постоянно носивший начиненный взрывчаткой пояс с целью избежать захвата живым, взорвал себя и еще двоих сообщников.

Нурдина Топа спецназовцы застрелили в ходе рейда в городе Соло на Центральной Яве в сентябре 2009 г., тем самым, практически подведя черту под деятельностью «Джемаа исламия» в Индонезии.

К слову, индонезийские либералы частенько упрекают бойцов Densus 88, что те слишком охотно нажимают на курок вместо того, чтобы захватывать боевиков живыми (так, в марте 2012 г. они уничтожили на юге Бали пятерых человек, подозреваемых в террористической деятельности). Понятно, что авторам подобных упреков никогда не приходилось самим стоять рядом с террористом-смертником, готовым в любой момент нажать кнопку взрывного устройства.

Но интереснее другое: а почему, собственно, двое малайзийцев так долго активно действовали в соседней Индонезии, тогда как в самой Малайзии за все эти годы не произошло ни одного серьезного теракта? Ответ прост: именно Малайзия является излюбленным местом отдыха арабских шейхов, не любящих беспокойства.

ДЕРАДИКАЛИЗАЦИЯ РАБОТАЕТ?

Каждую ночь на протяжении последних десяти лет мусульмане, приходящие в мечеть Ар-Рахмат в балийской Куте, молятся о жертвах терактов.

– И мы будем молиться о них на протяжении всей оставшейся жизни, – говорит житель Куты Усман.

Надо отдать должное индонезийским правоохранительным органам: они не только развернули активное и успешное преследование боевиков, но и организовали весьма эффективную программу дерадикализации экстремистов.

«Сотни бывших террористов пошли на сотрудничество. И потому эта программа будет продолжена и интенсифицирована – в частности, за счет направления в различные регионы специально подготовленных команд и совершенствования программ реабилитации осужденных в местах заключения», – рассказал Мбаи в одну из наших последних встреч.

Один из раскаявшихся террористов – 42-летний Али Имрон, прошедший курс боевой подготовки в Пакистане и помогавший собирать взрывные устройства для теракта на Бали в 2002 г. Девять лет назад за свое участие в теракте он был приговорен к пожизненному тюремному заключению, но если когда-то выйдет из-за решетки, то намерен первым делом отправиться в Австралию. «Я хочу принести свои извинения семьям жертв в их собственной стране», – заявил он недавно в интервью сингапурской газете Sunday Times.

Именно Али приехал к клубу в Куте на микроавтобусе со взрывчаткой и передал его непосредственно нажавшему кнопку взрывного устройства боевику.

«Тогда я считал, что это соответствует чаяниям нашей организации, но позже понял, что это не так. Лишь примерно один из каждых шести членов нашей группировки поддерживал взрыв», – вспоминает он.

Обращаясь к молодым боевикам, Али подчеркнул, что терроризм противоречит самому принципу мусульманской священной войны (джихада), которую можно вести только в зоне военных действий или в ответ на прямые нападения на мусульман, а потому к условиям Индонезии он неприменим.

«Как можно утверждать, что я лицемерю? – риторически спросил он сомневающихся в его искренности. – Меня назвали предателем и мои старые друзья объявили, что мою кровь можно пролить».

Именно такие раскаявшиеся террористы, как Имрон, могут стать весьма эффективным средством в предотвращении распространения радикальной идеологии, считает индонезийский эксперт Харри Пурванто. По его мнению, радикалы склонны прислушиваться именно к ним, а не к намного более многочисленным умеренным мусульманским организациям.

Тем не менее, для победы над террористами и экстремистами в Индонезии необходимо мощное общенациональное движение, считает глава Densus 88 Курниа Виджая. «Национальное управление по противодействию террору пытается вовлечь в эффективный диалог все стороны и установить сотрудничество для координации деятельности по предотвращению радикализма и терроризма», – говорит он.

ИРОНИЯ СУДЬБЫ

Первые звонки, возвестившие о том, что на смену практически полностью уничтоженной в Индонезии «Джемаа исламия» приходит кто-то новый, прозвучали в начале 2010 г., когда в самой западной индонезийской провинции Ачех была вскрыта ранее неизвестная силам безопасности мощная террористическая сеть. Сначала в конце февраля был обнаружен и захвачен тренировочный лагерь экстремистов, а затем постепенно стала разматываться цепочка, завершившаяся арестом или уничтожением более чем ста террористов. Еще примерно столько же было позже арестовано в других районах страны.

Мемориал в честь жертв взрывов в Куте.

Как считают в международной неправительственной организации International Crisis Group, занимающейся в числе прочего и изучением терроризма в Индонезии, именно в это время идейные вдохновители призвали экстремистов изменить свою тактику: вместо атак на символы Запада (посольства и т.п.) и места скопления иностранных туристов перенести острие ударов на «неверных» в самой Индонезии (полицейских, спецназ, парламентариев и проповедников умеренности). Другими словами, те, кто сыграл наибольшую роль в победе над «классическими» террористами, сами превратились в мишени.

Результаты не заставили себя ждать: уже в марте 2011 г. в Джакарте было зафиксировано несколько случаев получения посылок-бомб. Книги с вложенными в них маломощными взрывными устройствами получили по почте глава службы полиции по борьбе с нелегальным распространением наркотиков, либеральный мусульманский проповедник, политический деятель и известный певец, не раз вызывавший неудовольствие радикалов-исламистов. Из четырех бомб сработала лишь одна, когда необученный взрывному делу полицейский попытался вскрыть пакет. Были ранены четыре человека, полицейский лишился руки.

В апреле около 30 человек получили ранения, когда террорист-смертник взорвал себя во время пятничной молитвы в мечети штаб-квартиры полиции западнояванского города Чиребон. Среди пострадавших помимо полицейских оказался также имам мечети и несколько присутствовавших на молитве местных жителей.

В том же месяце индонезийская полиция арестовала 19 человек, подозреваемых в причастности к различным терактам, в том числе в установке взрывного устройства близ католической школы в западнояванском городе Серпонг (которое не успело сработать).

Стало ясно, что на арену выходит новое поколение индонезийских исламистов, формально не связанных с «Джемаа исламия», что одновременно и облегчает, и затрудняет задачи борцов с террором. С одной стороны, они не проходили такой серьезной боевой подготовки, как их предшественники, но, с другой стороны, они почти неизвестны правоохранительным органам.

«Я не считаю, что сейчас имеется какой-то один человек, которого можно было бы назвать нынешним лицом терроризма в Индонезии, – говорит автор ряда книг по вопросам террора в Юго-Восточной Азии Кен Конбой. – Скорее, террористы распались на мелкие группы, которые поддерживают между собой в лучшем случае лишь мимолетные контакты».

В результате за два последних года в Индонезии произошло не менее 15 терактов. «Качество их нападений снизилось, но количество возросло», – говорит бывший командующий Densus 88 генерал-майор Тито Карнавиан.

«НОВЫЕ» ТЕРРОРИСТЫ?

«В городе Соло и его окрестностях сейчас насчитывается около 200 потенциальных смертников и три тысячи тех, кто готов воевать», – заявил недавно корреспонденту сингапурской Straits Times местный житель Руди (имя изменено).

В свои 33 года этот разнорабочий уже успел принять участие в межобщинных столкновениях между христианами и мусульманами в Амбоне (Молуккские острова) и Посо (Центральный Сулавеси).

Именно Соло (Суракарта), расположенный в самом сердце главного индонезийского острова Ява (на сравнительно небольшой по площади территории живут около 160 миллионов человек), стал своего рода «центром притяжения» для террористов, считает Аншад Мбаи. Именно в его пригородах Абу Бакар Баашир основал так и не закрытую до сих пор духовную школу-пансионат, в которой в то или иное время учились практически все организаторы взрывов на Бали.

А в сентябре этого года силы безопасности после убийства в Соло двоих полицейских арестовали или уничтожили еще не менее троих ее выпускников.

Затем в Соло были арестованы еще семь человек. По сообщениям индонезийских СМИ, стоявшие во главе ранее неизвестной силам безопасности террористической организации 45-летние Бадри Хартоно и Руди Курниа Путра планировали серию нападений на полицейские посты и участки, а также парламент страны. В домах арестованных конфискованы самодельные винтовки и холодное оружие, самодельные детонаторы и взрывчатка, пропагандистские материалы.

«Эти молодые террористы – дилетанты. Они слишком эмоциональны и стремятся к славе, – заявил Straits Times другой анонимный собеседник из Соло, пишущий статьи для радикальных сайтов. – Более опытные игроки ждут серьезной возможности для начала священной войны – такой, чтобы результат был более заметным».

Посольство Австралии в Джакарте после взрыва в 2004 г.

По мнению аналитика Центра религиозных и культурных исследований Ирфана Абубакара, сейчас из каждых пяти мечетей в этом городе как минимум одна поддерживает тесную связь с экстремистскими группами.

«Хотя наши ячейки сейчас и разрозненны, Соло остается тем местом, где собирается для обмена мнениями большинство братьев, – рассказывает Руди. – Они считают его духовным центром».

Действительно, всего через месяц после сентябрьских арестов в Соло бойцы Densus 88 в ходе серии операций в разных городах Явы захватили еще 11 подозреваемых террористов (причем только троих из них в самом этом городе). У арестованных, которые принадлежали к малоизвестной исламистской организации «Харака сунни Индонесиа», были конфискованы несколько снаряженных взрывных устройств, взрывчатка, компоненты бомб и руководства по взрывному делу.

По мнению полиции, целями группы были американские представительства в Сурабае и Джакарте, торговый центр Plaza 89 перед посольством Австралии и штаб-квартира американской горнодобывающей компании Freeport в Джакарте, а также штаб-квартира полицейского спецназа в городе Семаранг.

Сулавеси имеет весьма сложный горный рельеф.

«ОХОТНИКИ ЗА ГОЛОВАМИ» С СУЛАВЕСИ

«Сейчас самые разыскиваемые подозреваемые террористы скрываются в Посо, – говорит Аншад Мбаи. – Они готовят там своих последователей, чтобы терроризировать местное население. И потому наши люди сейчас находятся там и ведут на них охоту».

Чтобы понять, как меняется лицо индонезийского терроризма в наши дни, посетим в этой протянувшейся на 5,5 тысяч километров стране всего одно место – район Посо провинции Центральный Сулавеси.

Хотя 90% из 240 млн. индонезийцев исповедуют ислам, некоторые индонезийские провинции являются по преимуществу христианскими, а в ряде районов страны – таких, как центр Сулавеси, – численность мусульман и христиан практически одинакова.

И в условиях ослабления государственной власти после падения режима Сухарто именно этот остров, который в колониальные времена звали Целебес, превратился в 1998-2001 гг. в арену ожесточенных столкновений между мусульманами и христианами. По имеющимся оценкам, жертвами кровопролития тогда стали не менее двух тысяч человек, а 25 тысяч были вынуждены бежать из своих домов.

После подписания в феврале 2002 г. лидерами двух религиозных общин мирного соглашения обстановка в центральной части Сулавеси несколько нормализовалась, однако в последние годы там наблюдается новая активизация экстремистов, которые опять пытаются разжечь на острове межрелигиозные столкновения.

Уже в октябре 2004 г. в результате нападения неизвестных на деревню Бетелеме в районе Моровали поблизости от Посо погибли три человека и было сожжено 35 домов. Через несколько дней жертвами аналогичных акций в самом Посо стали не менее девяти мирных жителей.

В мае 2005 г. в результате двух взрывов на рынке в расположенном недалеко от Посо городе Тентена погибли, по меньшей мере, 15 человек, около 20 были ранены. А в октябре того же года близ Посо террористы обезглавили трех учениц христианской средней школы, и еще одна школьница получила тяжелые ранения.

Сейчас взрывы гремят в Посо чуть ли не ежедневно, а террористы продолжает отрезать головы своих жертв – вот хроника событий конца 2012 г.:

• 8 октября полиция задерживает в соседнем районе Палу подозреваемого террориста, он дает показания о сообщниках. Двое полицейских направлены для проверки информации о наличии близ города лагеря подготовки экстремистов, принадлежащего преемнице «Джемаа исламия» – радикальной исламистской группировке «Джамаа Аншору Таухид».

• 9 октября последовал ответ: утром у дома местного христианина и у одной из церквей гремят взрывы. Никто не пострадал. «Я призываю жителей не поддаваться на провокации», – говорит глава полиции провинции бригадный генерал Дева Парсана.

• 14 октября свыше 120 бойцов мобильных бригад полиции (нечто вроде российских ОМОНов) и сотрудников полиции Посо начинают массированную операцию по поиску двоих пропавших полицейских, направленных на поиски лагеря террористов.

• 16 октября их тела найдены в лесу близ деревни Масани. «Двое полицейских захоронены в одной могиле с ранами на шеях, предположительно нанесенными холодным оружием», – говорит официальный представитель национальной полиции бригадный генерал Бой Рафли Амар. Позже становится известно, что на телах не просто имеются раны: головы убитых практически отделены от тел.

• 22 октября двое полицейских и охранник банка получают ранения различной степени тяжести в результате двух новых взрывов в Посо; неизвестные пытаются поджечь церковь. По мнению шефа полиции района Эко Сантосо,

целью терактов является отвлечение внимания полиции от продолжающихся операций в районе обнаруженного лагеря террористов.

• 30-31 октября бойцы мобильных бригад захватывают близ Посо шестерых подозреваемых в терроризме, один из которых получает ранения при попытке бросить в группу захвата взрывное устройство и умирает по пути в полицейский госпиталь. В ходе операции в деревне Калора в 50 километрах к северу от города изъяты огнестрельное оружие, десять самодельных взрывных устройств и взрывчатые материалы.

• 11 ноября члены действующей в Посо террористической группировки бросают взрывное устройство в губернатора соседней провинции Южный Сулавеси. При аресте были изъяты пистолет и материалы для изготовления бомб.

• 14 ноября несколько неизвестных совершают покушение на шефа полиции города Посо Никласа Караувана.

В ОЖИДАНИИ ВЗРЫВА

«Порой я завидую Малайзии и Сингапуру: они имеют право на превентивный арест, и это сыграло очень важную роль в борьбе с терроризмом, – говорит Аншад Мбаи. – Мы бы тоже хотели иметь такую возможность, но не имеем ее».

Другой необходимой мерой глава НУПТ считает  принятие более жестких законов об ответственности за разжигание ненависти и побуждение к терроризму. «Без таких более жестких законов мы, по сути, просто ждем нового взрыва», – говорит он.

В июне 2011 г. суд Южной Джакарты приговорил уже знакомого нам Абу Бакар Баашира к 15 годам тюремного заключения за финансирование террористов. Собравшиеся в зале суда сотни его сторонников выразили свое недовольство криками «Аллах акбар!».

Идейному вдохновителю экстремистов сейчас 73 года – так что вряд ли он будет представлять угрозу, даже если доживет до срока освобождения (кстати, обвинение требовало вынесения приговора о пожизненном заключении). Но основанный им в пригородах Соло рассадник терроризма продолжает действовать: в стране, где живет около 220 миллионов мусульман, закрыть мусульманскую духовную школу непросто.

Можно говорить о «классических» и «новых» террористах в Индонезии, но суть дела осталась прежней. «Они избирают своими целями тех, кто не обладает критическим мышлением, тех, кто ищет свое место в мире», – говорит о вдохновителях террора основатель Института международного миротворчества Нур Худа Исмаил, который некогда сам был учеником Баашира.

Многие боевики по-прежнему верят, что террор откроет не только им самим, но и 70 наиболее близким родственникам дорогу в райские кущи, где воздаянием «праведникам» станут 72 небесные девы.

«А вы сами отказались бы от рая? – спрашивает осужденный за терроризм боевик Фадлан. – Я по-прежнему верю в это, потому что обещание дано не моим вербовщиком, но самим Аллахом».

Парламент Индонезии никак не примет по-настоящему эффективное антитеррористическое законодательство, опасаясь не только протестов радикально настроенных мусульман, но и реакции либералов, проводящих параллели с 32-летним «диктаторским» правлением отставного генерала Сухарто, отошедшего от власти лишь в 1998 г.

Между тем через три-четыре года первая волна осужденных за теракты в Индонезии начнет выходить на свободу…

Михаил Владиленович ЦЫГАНОВ – корреспондент РИА Новости в Индонезии специально для журнала «Национальная оборона»


 

НОВОСТИ

На государственном испытательном космодроме «Плесецк» 30 марта проведены очередные бросковые испытания новой жидкостной межконтинентальной баллистической ракеты тяжелого класса «Сармат».
Авиационный комплекс имени С.В. Ильюшина (ПАО «Ил») обсуждает c Минобороны России возможность глубокой модернизации бортового радиоэлектронного оборудования (БРЭО) на всем парке тяжелых военно-транспортных самолетов (ВТС) Ан-124 «Руслан» ВКС РФ, сообщил РИА «Новости» вице-президент Объединенной авиастроительной корпорации по транспортной авиации, гендиректор ПАО «Ил» Алексей Рогозин.
Военнослужащие зенитной ракетной части 11-й Краснознаменной армии Восточного военного округа (ВВО) получили на вооружение новую зенитную ракетную систему С-400.
В ходе итогового заседания Государственной комиссии по двигателю АЛ-41Ф-1 ПАО «ОДК-УМПО» был торжественно вручен акт о завершении Государственных стендовых испытаний опытного двигателя.
На вооружение мотострелкового соединения общевойсковой армии Восточного военного округа (ВВО), дислоцированного в Амурской области, поступил мобильный комплекс радиоэлектронной борьбы «Житель» (Р-330Ж).
Министерство обороны России намерено закупить более 100 легких транспортных самолетов Ил-112В, заявил замглавы военного ведомства Юрий Борисов в ходе посещения Воронежского акционерного самолетостроительного общества (ВАСО).
В рамках реализации программы перевооружения войск Южного военного округа (ЮВО) мотострелковое соединение 58-й общевойсковой армии, дислоцированное в Дагестане, получило первую партию боевых машин пехоты БМП-3 нового выпуска.
Конструкторское бюро «ВР-Технологии» холдинга «Вертолеты России» приступило к стендовым испытаниям основных систем и агрегатов беспилотного вертолета VRT300. Летные испытания аппарата должны начаться в конце 2018 г.
На полигоне Сары-Шаган (Республика Казахстан) боевым расчетом войск противовоздушной и противоракетной обороны ВКС РФ 31 марта успешно проведен очередной испытательный пуск новой модернизированной ракеты российской системы противоракетной обороны (ПРО).
Порядок управления войсками в ходе непрерывного огневого поражения объектов и живой силы условного противника был отработан в ходе трехдневной командно-штабной тренировки (КШТ), проведенной под руководством командующего войсками Южного военного округа (ЮВО) генерал-полковника Александра Дворникова. В ней были задействованы управления штаба округа и подчиненных объединений, командный состав соединений ЮВО, 4 тыс. военнослужащих и около 1 тыс. единиц военной техники.

 

 

 

 

 

 

 

Учредитель и издатель: ООО «Издательский дом «Национальная оборона»

Адрес редакции: 109147, Москва, ул. Воронцовская, д. 35Б, стр. 2, офис 636

Для писем: 123104, Москва, а/я 16

Свидетельство о регистрации: Эл № ФС 77-22322 от 17.11.2005

 

 

 

Дизайн и разработка сайта - Группа «Оборона.Ру»

Техническая поддержка - Группа Компаний КОНСТАНТА

Управление сайтом - Система управления контентом (CMS) InfoDesignerWeb

 

Rambler's Top100