Семь раз отмерь, один отрежь
Реформы спецслужб должны базироваться на тех задачах и функциях, которые им ставятся

Не так давно в СМИ появилась информация о возможном объединении ФСБ, СВР, ФСО и создании на их основе новой «большой» спецслужбы – Министерства государственной безопасности РФ. Генерал-майор запаса ФСБ, бывший первый заместитель Информационно-аналитического управления Федеральной службы безопасности России Александр Михайлов размышляет о реформах отечественных специальных служб в преддверии отмечаемого 20 декабря Дня работника органов безопасности Российской Федерации.

Александр МИХАЙЛОВ

Наверное, ни одна силовая структура в России не подвергалась таким радикальным реформам, как Федеральная служба безопасности. Точнее – система государственной безопасности, как бы ее ни называли: КГБ, МБ, ФСК или ФСБ.

Уместно вспомнить просуществовавшие не более двух месяцев Агентство федеральной безопасности (АФБ РФ) и МБВД, или как ее называли на Лубянке «ЁПРСТ» – Министерство безопасности и внутренних дел РФ. Автор не понаслышке знает, что происходило в стенах ведомства после каждой из таких реформ.

Поступив на службу при Ю. Андропове, я ушел при В. Путине. А еще были В. Федорчук, В. Чебриков, В. Крючков, В. Иваненко, В. Бакатин, В. Баранников, Н. Галушко, С. Степашин, М. Барсуков, Н. Ковалев. И каждая смена первого лица приводила к вымыванию значительного слоя руководителей и сотрудников. Иногда кабинеты больших начальников напоминали необжитые помещения случайных постояльцев. Даже календарь не успевал «похудеть», как его владельцу приходилось покидать временное пристанище. И за каждой сменой – потеря 25 процентов грамотных оперативных работников, с их агентурой, навыками, умениями. Все перестановки были подобны цунами, которые сметали не только отдельных людей, но и целые отделы и управления. Принося в угоду политике систему государственной безопасности, президент России Б. Ельцин, как, впрочем, и до него президент СССР М. Горбачев, ставили над иммунной системой страны невиданные эксперименты, даже не задумываясь о последствиях.

Впрочем, реформа КГБ началась чуть раньше, с момента отмены шестой статьи Конституции СССР, в которой говорилось:

«Руководящей и направляющей силой советского общества, ядром его политической системы, государственных и общественных организаций является Коммунистическая партия Советского Союза. КПСС существует для народа и служит народу.

Вооруженная марксистско-ленинским учением, Коммунистическая партия определяет генеральную перспективу развития общества, линию внутренней и внешней политики СССР, руководит великой созидательной деятельностью советского народа, придает планомерный научно обоснованный характер его борьбе за победу коммунизма.

Все партийные организации действуют в рамках Конституции СССР».

С одной стороны, в этом была логика. И на первый взгляд многие постулаты работы КГБ существенно менялись. Отмена шестой статьи, по сути, отменяла презумпцию невиновности для «священных коров». Ведь не только политическая верхушка КПСС была вне досягаемости «карающего меча революции», но и комсомольские, профсоюзные и прочие лидеры, в том числе – зарубежных партий. Этакая каста неприкасаемых, оперативная работа по которым была запрещена. Но чего греха таить, именно в том неприкасаемом слое нередко шли самые разрушительные и опасные для страны процессы.

Александр Георгиевич МИХАЙЛОВ – генерал-майор ФСБ запаса, генерал-лейтенант полиции. В 1974-1998 гг. проходил службу в органах государственной безопасности. 15 лет занимался оперативной деятельностью. В 1989 г. был назначен руководителем первой в СССР пресс-службы в органах госбезопасности. В 1993-1996 гг. возглавлял Центр общественных связей ФСК – ФСБ, затем занимал должность первого заместителя начальника Информационно-аналитического управления ФСБ. В 1998-1999 гг. являлся начальником Управления информации МВД России. При председателе правительства Сергее Степашине возглавлял Управление правительственной информации Аппарата правительства Российской Федерации. В 1999 г. – руководитель Российского информационного центра (Росинформцентр), созданного по распоряжению президента РФ. В 2003-2008 гг. – в Федеральной службе РФ по контролю за оборотом наркотиков, занимал должность руководителя Департамента информационной и межведомственной деятельности ФСКН.

С другой стороны, КГБ лишился заказчика, так как «вооруженный отряд партии» обеспечивал безопасность и неприкосновенность именно этой надгосударственной структуры – «руки миллионопалой, сжатой в кулак», ведь все информационные сообщения чекистов направлялись именно в партийные органы.

Для КГБ собственно советская власть в том виде, в котором она существовала, была больше партнером, чем начальником. Председатели исполкомов народных депутатов – та самая советская власть, даже не приглашались на отчетные совещания в низовых подразделениях КГБ. Но с ликвидацией шестой статьи Конституции именно они стали основными заказчиками. К этому система была не готова.

Само же политическое руководство страны (партии), легализованное уже в светское общество, где среди признанных авторитетов были фигуры для КГБ весьма одиозные (будь то М. Горбачев или А. Яковлев), с подозрением, а то и с ненавистью относилось к чекистскому ведомству. Замечу, что как информационная формация КГБ не только докладывал высшему руководству о процессах и предпосылках негативного развития политической ситуации, но и помимо описательной части всегда предлагал резолютивную: «На основании изложенного, полагали бы…». И эта часть иногда содержала весьма конструктивные предложения.

Однако новое политическое руководство страны считало, что само знает что и как делать. И информация Лубянки отправлялась под сукно, а нередко становилась еще и достоянием гласности. А поэтому все сообщения теперь заканчивались одинаково: «Сообщается в порядке информации».

Владимир Крючков, Виктор Иваненко, Вадим Бакатин.

Август 1991 г. стал началом «американских горок» для Комитета госбезопасности СССР. На каждом повороте от него отваливались целые блоки. Стала самостоятельной внешняя разведка – Первое главное управление КГБ, преобразованное в Службу внешней разведки (СВР). Появилось Федеральное агентство правительственной связи и информации (ФАПСИ), забрав часть технических функций, в том числе систему правительственной связи и радиоэлектронную разведку. Вышли из системы КГБ Пограничные войска (они дважды выходили из системы и трижды возвращались). Стало самостоятельным Главное управление охраны – бывшее 9-е управление КГБ СССР (обеспечение безопасности высших должностных лиц), отпочковалось Управление специальных программ. Была передана в подчинение Главному управлению охраны группа «А» («Альфа») – спецназ КГБ.

И каждая новая самостоятельная структура обрастала различного рода обслуживающими подразделениями – хозяйственными, финансовыми, транспортными. А учитывая, что большинство сотрудников носили погоны, то бюджетная нагрузка возрастала многократно.

Примечательны цифры, связанные с реформами Погранслужбы. Главный штаб Погранвойск в КГБ СССР насчитывал 200 человек. После первого отделения от родового гнезда штат увеличился до 800 человек. И это при значительном сокращении протяженности государственной границы. После очередного выхода пограничников из системы и с назначением главнокомандующим Погранвойск А. Николаева штат разросся до 1500 человек, осевших в штаб-квартире на Лубянке!

По сути, мы наблюдали закон Паркинсона в действии, когда после реформы на одного исполнителя появлялась куча руководящей челяди. В условиях дефицита кадров и весьма хилой скамейки запасных, назначения происходили спешно и не всегда удачно. Вместо сокращения раздутого «монстра» – о необходимости чего все время кричали либералы, спецслужбы, наоборот, пухли как на дрожжах, что отнюдь не сказывалось на эффективности конечной работы.

Виктор Баранников, Николай Голушко, Сергей Степашин.

Уход же профессионалов не компенсировался подготовкой новых кадров. Некоторые подразделения работали в условиях хронического дефицита, даже не столько людей, сколько мозгов. Стройная система подготовки и воспитания была разрушена. И если вчера брали тех, кто нужен, то потом стали брать тех, кто хочет. Самая порочная практика, имеющая множество погрешностей как личностного, так и профессионального характера.

Основная задача упомянутых преобразований была связана не только с оптимизацией самой спецслужбы по американскому образцу (всегда утверждалось, что в США около 30 разных разведывательных и специальных органов), но и с попыткой снизить угрозу концентрации силы в одних руках – руководителя специальной службы.

Здесь необходимо заметить, что любые кивки на западный опыт есть контрпродуктивный и опасный вектор. Наши политики после падения «железного занавеса» стали вести себя как очумевшие советские туристы, попавшие на Бродвей. От витрин закружилась голова: «И это хочется, и то…». А потому стали тащить в дом что ни попадя (законы, правила, принципы), не размышляя о том, приживется ли «это» на нашей почве или нет.

У наших спецслужб своя история, свои традиции, свои внутренние правила и понятия. И любое заимствование, любой перенос инородного опыта на нашу почву напоминал контрафакт. Старое разрушали, а новое не получалось. Может потому, что все шло не по нашему, а по чужому сценарию, тогдашний директор ЦРУ, прогуливаясь в 1991 г. по Красной площади, воскликнул: «Это мой парад победы!». И он был прав, потому что мощнейшая система безопасности СССР – Комитет госбезопасности – держал в страхе разведки, контрразведки и даже правительства многих стран. Чего стоит утверждение шефа Лэнгли Уильяма Колби, сетовавшего, что «КГБ оставил от нашей резидентуры в Москве руины».

Но патологическая боязнь заговора среди военных не давала покоя президенту России Борису Ельцину. Он тасовал и службы, и руководителей, как колоду карт. Он не верил никому. И его утренние «загогулины» сметали с доски целые пласты руководителей самых разных структур. Так было и со специальными службами.

Михаил Барсуков, Николай Ковалев.

Доходило до антиконституционного абсурда. 19 декабря 1991 г. президент Б. Ельцин тупо объединил КГБ и МВД, создав Министерство безопасности и внутренних дел, поменяв директора Агентства федеральной безопасности В. Иваненко на, как ему казалось, преданного В. Баранникова. Но и этот руководитель был вскоре (в 1993 г.) скомпрометирован и сметен с шахматной доски. А зря. Нелепый орган МБВД не просуществовал и двух месяцев. Негодование общества было так велико, что Конституционный суд, рассмотрев скороспелый указ, признал его незаконным и отменил. Тем не менее В. Баранников был назначен министром безопасности и, по моему мнению, сделал много, чтобы хотя бы привести в состояние психологической устойчивости личный состав главной спецслужбы страны.

Неучастие сотрудников Министерства безопасности РФ в активных действиях по расстрелу российского парламента 4 октября 1993 г. еще больше укрепило Ельцина в его подозрениях об их нелояльности ему лично. Сразу после этих событий группа «Вымпел» – единственное силовое подразделение МБ РФ – была передана в Министерство внутренних дел. Из более чем полутора тысяч бойцов в МВД перешли единицы.

21 декабря 1993 г. Министерство безопасности было вообще ликвидировано и на его основе создана Федеральная служба контрразведки РФ. Любопытно обоснование этого решения. В преамбуле соответствующего указа говорилось: «Система органов ВЧК-ОГПУ-НКВД-НКГБ-МГБ-КГБ-МБ оказалась нереформируемой. Предпринимаемые в последние годы попытки реорганизации носили в основном внешний, косметический характер. К настоящему времени стратегическая концепция обеспечения государственной безопасности Российской Федерации у Министерства безопасности Российской Федерации отсутствует. Контрразведывательная работа ослаблена. Система политического сыска законсервирована и легко может быть воссоздана.

Август 1991 г. стал началом «американских горок» для Комитета госбезопасности СССР.

На фоне происходящих в России демократических, конституционных преобразований существующая система обеспечения безопасности Российской Федерации изжила себя, неэффективна, обременительна для государственного бюджета, является сдерживающим фактором проведения политических и экономических реформ».

Я не случайно выделил два тезиса, так как вопрос политического сыска – это одна из основных задач любой специальной службы, как бы мы ни называли эту функцию, например, «борьба с экстремизмом и терроризмом». Без него невозможно работать на упреждение. И в экстремизме, и в терроризме присутствует политический аспект. Что касается обременения государственного бюджета, то все реформы специальных служб, как отмечалось выше, были безумно затратными, а содержание отдельных ведомств в сумме очень обременительным. Изъяв же из ФСК РФ функции следствия, Ельцин фактически лишил спецслужбу «зубов».

Но не это главное. Ведь упразднив следствие как институт в ФСК, Ельцин вымыл наиболее сильных специалистов в сфере расследования самых сложных преступлений против государства. Через некоторое время следствие все-таки было восстановлено. И даже Лефортовский изолятор, за несколько месяцев нахождения в системе МВД ставший вонючим зинданом, был возвращен спецслужбе. Но бывшие следователи в массе не захотели возвращаться на прежнюю работу. Вся работа следователя проходит в тюрьме. Некоторые проводят там больше лет, чем их подследственные. Выйдя из нее, они увидели солнце и траву, новую жизнь.

Наверное, самым комфортным периодом для ФСБ стало время президентства В. Путина. На перетрясках была поставлена жирная точка. Работать стало спокойно. А с этим пришла эффективность, даже некоторая недопустимая вольность. Не хотелось бы останавливаться на локальных проблемах ФСБ (в семье не без урода), но надо особо подчеркнуть восстановление высокого авторитета российских спецслужб в мировом профессиональном сообществе.

Недавно в СМИ был осуществлен вброс информации о коренном реформировании всей системы специальных служб и «создании Министерства государственной безопасности РФ». Если следовать общей тенденции оптимизации госструктур, то основания для таких слухов имеются. Более того, многие специалисты не раз говорили о необходимости сокращения субъектов оперативно-разыскной и контролирующей деятельности в России. Такое обилие всегда чревато высокой нечистоплотной конкуренцией, приписками, интригами.

И, наверное, поэтому ряд радикальных шагов был предпринят в 2016 г. Ликвидирована Федеральная служба по контролю за оборотом наркотиков (ФСКН) и Федеральная миграционная служба (ФМС). Их функции перешли к МВД России. И это в ситуации провала реформы полицейского ведомства. Время покажет, насколько правильным было данное решение. Но замечу, что оба ликвидированных ведомства так или иначе были детищами самого президента Путина. Еще за две недели до ликвидации ФСКН он говорил, что служба состоялась и у нее хорошие результаты и сложные задачи. Ясно, что не только финансовые проблемы были причиной столь жесткого решения. В системе накопилось много проблем как оперативного, так и личностного характера. Но даже в этом случае многие не видели причины ликвидации 30-тысячного коллектива, с оперативной базой и наработками. И тем не менее…

Неучастие сотрудников Министерства безопасности в расстреле российского парламента в октябре 1993 г. укрепило Ельцина в подозрениях об их нелояльности ему лично.

Пошли разговоры о ликвидации Следственного комитета РФ, возвращении МЧС в войска Гражданской обороны Министерства обороны. И эти вбросы напоминали проверку реакции общества и профессионалов. Более того, «священные коровы» стали подвергаться критике в медийном пространстве, обсуждалась роль их руководителей.

Но, пожалуй, самой интересной темой для разговоров стала возможная реформа ФСБ. Слияние с ней Службы внешней разведки и возвращение в лоно Лубянки Федеральной службы охраны. Подчеркну, что мы в данном контексте обсуждаем предположения, не подкрепленные реальными документами. Это дает некоторую свободу для анализа в сослагательном наклонении. В последнее время я не помню ни одной утечки из Администрации президента РФ по кадровым вопросам или вопросам реформирования силовых структур. Это закрытая номенклатурная школа, созданная в последние 15 лет.

В данной связи можно предположить все что угодно. И если что-то произойдет, специалисты по манипулированию общественным мнением смогут объяснить все и на трех пальцах доказать правильность решения. В данному случае мы просто моделируем ситуацию. А что будет?

Принося в угоду политике систему госбезопасности, Борис Ельцин поставил над иммунной системой страны невиданный эксперимент.

Итак, Служба внешней разведки. Ее уход из «альма матер» был очень точен и в оперативном, и в политическом плане. Она не замарала себя участием в событиях августа 1991 г. И разделение КГБ было оправданным на тот момент. Но даже не будучи сотрудником СВР, можно представить, как сложно сегодня работать представителям этого ведомства за рубежом. Крайне тяжело! А может где-то просто невозможно, если допустить вербовку иностранной агентуры и работу с ней. В условиях санкций, при тотальном прессинге по всем направлениям. Один мой знакомый из этого ведомства допустил такой шаг слияния. Типа, скрыть службу внутри другой. Но, честно говоря, не очень в это верится. При всей близости по духу специальных служб, задачи СВР слишком глобальны и сложны. На таком ее объединении с ФСБ ничего не сэкономишь, а вот размыть задачи можно.

По большому счету, обществу абсолютно все равно, где сегодня находится СВР, но само слияние Ясенево с ФСБ реально вызовет реакцию – «создали монстра!». Тут много будет значить позиция нового руководителя Службы внешней разведки С. Нарышкина. Все зависит от того, какие задачи перед ним при назначении поставил президент.

С Федеральной службой охраны ситуация несколько иная. Ее вывод с Лубянки был вызван недоверием чекистам со стороны Б. Ельцина после событий августа 1991 г. Иметь «карманную» личную охрану – это чисто по-ельцински. Говорить, что только одной службой, пусть даже большой, можно обеспечить безопасность высших должностных лиц – нелепо. В систему государственной безопасности включено много структур, каждая из которых имеет своей сектор ответственности. И ФСБ, и МВД, и МЧС имеют свои задачи. Когда 9-е управление было внутри КГБ, то все вопросы решались на автомате в рамках одной структуры. Решаются они на автомате и сейчас. Но ведомства – разные. Тем более, что, по сути, ФСО была «подарена» Александру Коржакову (начальнику службы безопасности Ельцина) – верному оруженосцу и адъютанту Бориса Николаевича. Хотя Коржаков оказался и не такой преданный – после отставки вывалил грязное белье своего шефа на мировой позор в книге «Борис Ельцин: от рассвета до заката».

Каждая реформа имеет сторонников и противников. Одни кричат: «Все пропало! Гипс снимают, клиент уезжает!» Другие считают, что ничего не изменится. По большому счету (если не касаться СВР), и я так считаю. У нас созданы эффективные и работоспособные службы обеспечения безопасности государства. В них сегодня служит много профессионалов. И это сообщество в состоянии решать задачи в любых конфигурациях. Убежден, что противники данной позиции приведут кучу аргументов. Но если пойдет процесс слияния спецслужб, то через год все забудут, о чем речь. Даже если ведомство назовут МГБ РФ (Министерство государственной безопасности). Сколько шума было вокруг новой редакции государственного гимна! И что? Привыкли к возвращенному гимну СССР! Как будто и не было гимна на слова М. Глинки.

Владимир Путин, Николай Патрушев, Александр Бортников.

Но тем не менее надо заметить, что в какой бы конфигурации не проводились реформы спецслужб, они должны базироваться на тех задачах и функциях, которые ставятся. Но что нового мы увидели? Практически все функции – старые. Ничего нового и из ряда вон выходящего. Все они продиктованы временем и обеспечены нормативной базой. Только одна незадача. А деньги на это есть? Это только на первый взгляд возвращение всех на Лубянку даст сокращение финансовой нагрузки на бюджет. На самом деле самое затратное – это именно реформирование, даже путем сокращения военизированных структур. Ведь значительная часть сотрудников просто уволится, со всеми вытекающими финансовыми проблемами для государства: выплаты, пособия, квартиры…

В то же время надо отметить, что в нашем мире не бывает застывших государственных конструкций. И они должны быть оптимальными и отвечать вызовам времени.


 

НОВОСТИ

Президент России Владимир Путин своим указом назначил Александра Фомина заместителем министра обороны.
Специалисты Главного автобронетанкового управления Министерства обороны России и представители промышленности начали проведение испытания новых и перспективных образцов вооружения, военной и специальной техники в условиях Арктики.
В ходе полевых занятий по огневой и тактической подготовке с подразделениями мотострелковой бригады Южного военного округа, в которых были задействованы около 300 военнослужащих, а также более 40 единиц боевой техники, включая танки Т-90А, БМП-3, САУ «Мста-С», в режиме реального времени применялся новейший комплекс разведки, управления и связи «Стрелец».
АО «ММП имени В.В. Чернышева» (входит в Объединенную двигателестроительную корпорацию) получило займ от Фонда развития промышленности (ФРП) на приобретение высокоточных станков в целях обеспечения требуемых стандартов качества и надежности нового турбовинтового двигателя ТВ7-117СТ.
Как сообщил командующий войсками Южного военного округа (ЮВО) генерал-полковник Александр Дворников, в Крыму сформирован и приступил к боевой подготовке 22-й армейский корпус Черноморского флота.
Доходы России от экспорта вооружений в 2016 г. составили около $15 млрд., заявил председатель правительства РФ Дмитрий Медведев на выездном заседании фракции «Единая Россия».
Штатный автомат для боевой экипировки «Ратник» будет выбран в конце 2017 г., заявил РИА «Новости» директор ЦНИИТОЧМАШ Дмитрий Семизоров.
В ходе внезапной проверки боевой готовности ВКС все из более чем 150 воздушных целей, которые имитировали полеты истребителей, БЛА и крылатых ракет условного противника в зоне ответственности система ПВО-ПРО Москвы и Центрального промышленного района, были своевременно перехвачены и условно уничтожены.
Боевой и численный состав Вооруженных Сил России и дислокация их межвидовых группировок определяются с учетом геополитической обстановки в мире и многообразия угроз для безопасности страны, заявил статс-секретарь – заместитель министра обороны России Николай Панков на специальном сборе начальников кадровых органов ВС РФ.
На Международной выставке вооружений и военной техники IDEX 2017 в Абу-Даби корпорация «УВЗ» впервые продемонстрировала полноразмерный макет 30-мм дистанционно управляемого боевого модуля для боевых бронированных машин, созданного Нижегородским центральным научно-исследовательским институтом «Буревестник».

 

 

 

 

 

 

Учредитель и издатель: ООО «ИД «Национальная оборона»

Свидетельство о регистрации: Эл № ФС 77-22322 от 17.11.2005

 

Дизайн и разработка сайта - Группа «Оборона.Ру»

Техническая поддержка - Группа Компаний КОНСТАНТА

Управление сайтом - Система управления контентом (CMS) InfoDesignerWeb

Rambler's Top100